Стражевый компас

В душе дрогнуло, не думая, шагнула навстречу.

На краю сознания мысль: «Может, так и влюбляются?».

А перед глазами уже следующая картинка.

Моторон…

Огни Димерстоуна ярко светили за окном. Украдкой поглядываю на мужественный профиль Баркли.

Сколько ему лет и что его постоянно тревожит?

Изображение оборвалось, уступая место медленному танцу. Звучала мелодия и беспокойный стук сердца Элая, когда положила голову ему на грудь — приятно и одновременно волнительно. Кружились безмятежно, постепенно становились всё меньше и меньше.

И вот… исчезли, повернула голову, мы уже сидим за столом.

Он странно улыбался, глядя на меня… Не могла понять, о чём он думал. Его ямочки на щеках удивляли и восхищали. Не знала, что Элай умел так невероятно смеяться.

Я счастлива. Счастлив он…

Щелчок. Картинки меняются с убыстрённой скоростью, как из окна моторона.

Стоп. Из темноты появилась женщина…

Баркли потемнел, черты лица заострялись.

Он назвал её Райлин.

Она выглядела так, словно день рождения был у неё; идеально уложенные чёрные локоны спускались по плечам, подведённые глаза тёмными стрелками превращали взгляд этой красотки в кошачий — томный, холодный, с поволокой.

Пухлые губы, накрашенные красной помадой, искривились в высокомерной ухмылке. Это единственное, что отталкивало.

Элай хотел закурить, но накрапывающий дождь всё портил. Гнев серостью окутал его лицо, как нависшие над городом грозовые тучи.

Никогда так не боялась Ловца, как в этот самый момент.

Глядя на него, поняла, Баркли из той породы эйров, которые при любых обстоятельствах сохраняли спокойствие. Внешне. Но внутри, в жилах текла не просто кровь, а огненный коктейль. Опасно и непредсказуемо.

Из салона моторона смотрела на него с трепетом: ужаса или восхищения, так и не разобралась. Он был прекрасен в гневе, как надвигающаяся стихия.

Я не знала, кто эта женщина, но поняла, что она оставила в душе Элая отравляющую боль.

Новый кадр…

Мы одни в нашем доме.

С каких пор я стала называть его «нашем»?

Не успела опомниться, как он крепко прижал к себе и поцеловал.

Его руки скользили по спине, по шёлковому платью. Зарылись в копне непослушных прядей. Замерла от неожиданности, а сердце, наоборот — застучало быстрее.

Его запах. Запах солёного моря сорвал все мои ограничители. Не хватало воздуха, от нахлынувшего непонятного чувства. Теряя равновесие, вцепилась руками в грудь Ловца, бесцеремонно комкая ткань рубахи.