Власть огня

– Я обиделся на них за то, что они не взяли меня с собой. Вышел их проводить, ждал, пока карета отъедет достаточно далеко. Было холодно. Я замерз и спешил быстрее вернуться в дом. Внезапно дорога озарилась яркой вспышкой. Послышался шум, будто кто-то с силой бросил нечто тяжелое на камни, и от удара предмет разбился на множество частей. Я растерялся, не мог сдвинуться с места. Не понимал, что происходит, вернее, не хотел понимать. Потом бросился вслед за родителями, но наставник перехватил меня, не дав подойти слишком близко.

Он тряс меня за плечи, что-то говорил, но я ничего не слышал. Видел лишь обломки дерева и металла, обрывки ткани – красные от крови и черные от копоти.

Я очнулся в пути верхом на коне. Позади меня сидел господин Эрет. От него я узнал о гибели родителей и последовавшем за ним нападении на наши земли. Врагам удалось застать нас врасплох, перебить всех защитников и большинство слуг. Они никого не пощадили. Даже от дома ничего не осталось. Я убедился в этом, когда несколько недель назад отправился туда и увидел лишь руины.

– Проклятые чудовища! – воскликнула Айя. – Сколько еще драконы будут убивать людей?

– Почему ты решила, что напали драконы? – холодно поинтересовался Квилл. – Почему всегда винишь только их?

Это был не первый случай, когда Квилл в разговоре упоминал драконов. Неожиданностью стало то, что он ни разу не осудил их, как и Галим. Отчим не любил рассказывать о войне, но и в тех редких случаях, когда вспоминал прошлое, отзывался о врагах с неизменным уважением.

Айю удивляло подобное отношение обоих мужчин. Разве достойны безжалостные убийцы хоть капли сочувствия? Разве могут они вызывать иные чувства, кроме ненависти? Разве можно с восхищением говорить о тех, кто несет смерть и разрушение мирным поселениям?

"А их детеныши, крошечные крылатые существа, такие слабые и беззащитные, как человеческие дети? – поправила она сама себя. – Они точно не должны отвечать за проступки взрослых".

– Все намного сложнее, чем мы привыкли думать, – произнес Квилл, словно прочел ее мысли.

– Обе стороны виноваты в том, что эта война никак не закончится. Никто не хочет уступить. Кому-то нужно, чтобы противостояние продолжалось.

– Не знаю, кому, – возразила Айяна, – но точно не людям. Мой родной отец погиб, защищая нас. Отчим едва не остался калекой. Он до сих пор страдает от последствий тех ран, которые получил в бою. Войны нет уже десять лет, и в этом заслуга таких людей, как он.

– Ненависть убивает не хуже меча или яда.