Сделка

– Как вы могли покинуть залу без разрешения? Вас кто-то отпускал? А затем еще и пробраться в мой кабинет! – мадам явно не собиралась останавливаться, но ее взгляд то и дело соскальзывал с меня на служанку, стоявшую рядом. – Ваше поведение …

– Мадам Вероника, – прервал эту очень эмоциональную, но неуместную речь низкий мужской голос. – Я полагаю, что правила поведения только поступивших мэвейров вы сможете обсудить после.

Обернувшись, увидела, как в залу вошел высокий мужчина лет сорока с короткими темными волосами и шрамом, пересекающим правый глаз и щеку.

Он был одет во все черное: сюртук, штаны, сапоги до колен и кожаные доспехи, закрывающие плечи, левую руку до локтя и грудь с той же стороны. Его взгляд равнодушно скользнул мимо меня. Я уже приготовилась тихо улизнуть в комнаты, получив «высочайшее дозволение», но мужчина, будто спохватившись, пристально на меня посмотрел.

– Мэвейр, – холодно обратился он. – Следуйте за мной.

И вышел из залы в тишине. Мадам, видимо, не ожидала такой наглости, как, впрочем, и мы все, но говорить ничего не стала: она нахмурилась и нервно махнула рукой, «дозволяя» мне уйти.

Я, поклонившись, последовала за мужчиной. Масштабы совершенной глупости начали доходить: мало того, что Франческа со мной рядом сидела, я еще и ее отсутствие заметила, да еще и так «удачно». И додумалась же уйти проверять, она там лежит или нет! Я нахмурилась и попыталась вспомнить, почему вообще решила уйти, но получалось плохо – словно это надо было сделать и все. Чей-то высокий голос что-то говорил. Пел.

– Мэвейр, вы в порядке? – вырвал меня из раздумий голос мужчины: оказалось, что мы снова зашли в комнату, откуда я увидела тело.

– Да, благодарю вас, – подумать обо всем этом можно было и после.

Мужчина предложил сесть на стул рядом со столом у окна, сам он сел в большое черное кресло напротив.

– Рассел Александр Войцек, – наконец представился он. – Дознаватель Его Величества.

– Приятно познакомиться, пусть и при столь трагичных обстоятельствах, – начала я как можно витиеватее, чтобы дать себе время собраться с мыслями.

– Я …

– Не утруждайтесь, – грубо прервал дознаватель Войцек. – Мадам Вероника была достаточно громкой, чтобы я услышал ваше имя. Лучше объясните, зачем вы нарушили ее приказ?

– Я ничего не нарушала, – холодно ответила, растянув губы в приветливой улыбке: у этого иноземца не хватит сил вывести меня из себя. – К тому же, она не имеет права мне приказывать. Равно как и не отвечать на вопрос о состоянии нашей однокурсницы.