Легенда о казначее

  Вновь неистовый зверь ворвался в селение людей – теперь это был лев, да и женщины с детьми не могли противостоять ему. Гордо шагая и откинув пышную гриву на спину, лев с душой леопарда приблизился к идолу.

  - Прошу, подари мне любовь прекраснейшей из львиц в моей стае!

  - А что ты принёс взамен? – лиловые глаза Богини сузились от гнева.

  - Забирай всё самое ценное, что есть у меня, только оставь мне жизнь, чтобы красавица смогла полюбить меня!

  Богиня молча кивнула и в тот же миг на охоте острый рог носорога впился прямо в сердце его жены.

  Ослеплённый радостью, мчался лев по джунглям, не замечая того, что грива его выпала, тело уменьшилось и вытянулось, а золотистая шкура покрылась чёрными кольчатыми пятнами. Вновь стал он леопардом – маленьким и слабым. А когда появился зверь в стае львов, то увидел, что вожак ослаб от старости, и сердце его супруги теперь свободно. Но только леопард подошёл ближе, чтобы приласкать её, как сильная львица прыгнула на него, не узнавая, и растерзала.

  Невольница улыбнулась и прильнула к губам казначея. Спустя несколько часов, оторвавшись от её сладких уст, султан заметил:

  - Если я сделаюсь королём своей родины, я сделаю тебя правительницей этой страны, - он обвёл руками всё вокруг себя.

  - Но не правительницей твоего сердца, - вздохнула девушка. – Ты совсем не понял моей истории: судьба дала тебе власть, славу и богатство, но ты стремишься ещё выше.

  - Ваши Боги – деревянные истуканы, наши – невидимые, но святые духи  в храмах, - отмахнулся султан.

  И заметив, как омрачилось её прекрасное лицо, добавил:

  - Но я подумаю над твоими словами.

  А затем увлёк красавицу на ложе и задёрнул края балдахина.

  Утром султан велел позвать к себе двоих людей, а невольницу отправил в гарем.

  Первый из пришедших был высокий светловолосый мужчина средних лет – один из наёмников, оставшийся в султанате по своему желанию. Между ним и султаном завязалась дружба ещё во времена долгого побега казначея из родного королевства.   Теперь же султан доверял ему во всём.

  Второй был чернокожим стариком с длинными седыми волосами и многочисленными украшениями на груди и руках. Старейшина искренне считал султана живым богом.