Жена Волха

Я слышала, как под ним скрипнула кровать. Слышала как он ворочался, укладываясь удобнее. Я покосилась в его сторону. Он лежал, закинув руку за голову и смотрел в потолок. Это было видно по его глазам.

— Спи спокойно, — сказал он.

— А ты всегда такой? — спросила я.

— Какой?

— Нормальный.

— Не понимаю о чем ты.

— Тактичный.

— Тактичный? Я бы так не сказал, — хмыкнул он. — Завтра примешь от меня браслеты? — Это обязательно? — Это нужно.

— А что изменится? — спросила я. — Почему ты так торопишься с браслетами? Получишь какие-то права?

— Мне потом будет не до этого.

В город проникло слишком много дурных волхов, которых мне надо поймать и нейтрализовать. Пока они не сильно беспредельничают, то у нас есть время побыть хоть немного друг с другом. Узнать получше друг о друге. Потом мне придется выходит по ночам в поле.

— Зачем?— Чтоб поймать тех, кто будет пугать горожан.

— А зачем им это? — поворачиваясь на бок, спросила я.

— Тебе это интересно или пытаешься увести разговор в сторону? — От чего? — От нашей свадьбы.

— Интересно.

— Ладно, расскажу. Но давай договоримся сразу, что наши разговоры не уйдут за приделы спальни. Хорошо?

— Хорошо.

— Есть теория, что внутренний зверь может появляться под воздействием сильного испуга. Чувство опасности концентрируется и выплескивается в виде защитника — зверя. Сторонники такой теории думают, что зверь есть в каждом человеке, но чаще всего он спит.

— Значит вы не знаете откуда этот симбиоз человека-зверя? — Нет. Эта информация утеряна. Кто-то верит в легенду, что зверь проснулся в воине во время боя, когда его сильно ранили.

Другие говорят, что зверь превратился в человека, чтоб избежать вымирания. Есть идеи и о экспериментах в закрытых институтах мертвых городов. Мир еще слишком не изучен. В нем много скрытых тайн. Сама же знаешь по работам отца.

— Он всего лишь тексты переводил. Лекции читал.

— Значит о его работах ты не знаешь? — Нет. Я всего лишь знаю редкий язык. Писать умею, немного считать. Если честно, то я особо никогда не стремилась прочитать кучу книг, чтоб потом стараться получить доказательства ума.

— Чего же ты хотела? — Выйти замуж. Воспитывать детишек. Закрывать банки с овощами и вышивать двойной вышивкой занавески. Или шить покрывала. Вязать шали.

— А умеешь?

— Умею. Только отец настоял, чтоб у меня был хоть какая-то возможность заработать. Вот и заставил учить штинский.

— Ты уже зеваешь. Устала?

— Немного, — согласилась я.

— Будешь завтра со мной спорить? — Не знаю.