Чертовка в Академии магии

Судорожно всхлипнув, она всё тем же платком отмахивается от моего предложения подать ей воды. Минута, другая, и женщина с трудом берёт эмоции под контроль, делает глубокий вдох, медленно выдыхает.

Я не умею утешать, не умею подбирать правильных слов:

— Соболезную.

— Мой муж занимается разработками к северу от столицы, в город мы приезжаем редко и ненадолго. Когда Ринон поступил, я предлагала ему купить дом, но он отказался, не хотел тратить время на дорогу до академии и обратно, поселился в общежитии, — она ненадолго замолкает.

— Прости за сумбур.

— Пока всё понятно.

— Ринон два года назад перенёс тяжёлую лихорадку, лекари не давали ему шансов. Я тогда воспользовалась услугой подпольного целителя, и тот передал мои жизненные силы Ринону. Как вы понимаете, следователям я этого сказать не могла. После того ритуала у меня остался сосуд, через который целитель перекачивал мои силы. За день до начала каникул сосуд рассыпался.

— Сосуд рассыпался ровно в тот миг, когда ваш сын скончался.

— Да, именно так.

Я спрашивала у того целителя, он подтвердил.

— Вы хотите, чтобы я нашла убийцу?

— Нет. То есть да. То есть… Мирта, дослушай, хорошо?

— Извините.

Мадам промакивает глаза платком.

— Я не хотела верить, приехала в академию. Комендант общежития сказал, что Ринон ещё не сдавал комнату, проводил меня и даже пустил. Внутри были вещи, а Ринона нигде не было. Я дошла до ректора, вызвала полицию. В журнале появилась запись, что Ринон покинул территорию академии. Понимаешь?

— Добавили задним числом? А что полиция?

— Территорию академии обыскали, и тела не нашли.

Следователь решил, что я ошиблась, что запись в журнале была изначально. Но это не важно. Два месяца спустя пришло письмо со штемпелем отделения почты старого континента. Почерк Ринона. Он просит прощения и пишет, что жизнь в колонии не для него, он отправился покорять метрополию. Полиция сочла, что Ринон нашёлся и закрыла дело. Мирта, сказать, что я не хочу наказать убийцу будет ложью, но больше всего я хочу похоронить Ринона. Он лежит где-то неизвестно где, совсем один. Я хочу, чтобы он спокойно спал на семейном кладбище.

— Мне жаль.

— Если ты найдёшь виновных, я, Мирта, не поскуплюсь. Но я пришла не за этим. Я прошу тебя найти тело моего мальчика. Я уверена, что он где-то в академии.

Я качаю головой:

— Не факт. То, что записи в журнале не было, ничего не значит. Его могли вывести тайком, — я специально подчёркиваю, что не сам Ринон нарушил правила, а его заставили.