Госпожа леса

— Элинэя, спасибо тебе.

— Ты уже благодарил меня, — смутилась ведунья, а потом отвлеклась на едва заметное розовое зарево вдалеке, — смотри, что это?

— Похоже, на пожар, — неуверенно проговорил Рен.

— Тогда нам нужно спешить. Кириан вот-вот догадается, что произошло.

Она подозвала Волка и что-то прошептала ему на ухо. Зверь послушно ткнулся мордой ей в руку и побежал вперед.

— Что ты сказала ему?

— Не пускать Кириана на тот берег. Волк тоже порождение ведьминой магии, и он справится с этим.

Когда Элинэя и Рен добрались до берега Медовой, Ладан пытался убраться оттуда, перепуганный и бледный, как смерть. На реке, прямо на толстом льду, Кириан метался, будто ужаленный, в попытке добраться до противоположного берега, но его не пускал туда скалящий пасть Волк.

Элинэя заметила, что ее рукавицы торчали из-под пояса сбоку на овчине, накинутой поверх рубахи Кириана. Значит, старому пасечнику удалось перехитрить мальца.

— Кириан! — позвала она, когда спустилась прямо к замерзшей реке. Но памятую, как Кириан реагировал на нее, ступать за границу земли и воды, пока не решилась: — Я пришла просить о желании у Медовой!

Малец обернулся к ней, и в этот миг с ним произошло страшное. Кожа истаяла на глазах, как снег, оставляя бело-желтые кости и пустые глазницы, а вместо рта черную дыру.

— Я пришла просить о желании! — прокричала Элинэя, стараясь не обращать внимание на то, что творилось с существом, которое звало себя Кирианом.

Зарево на том берегу реки разгоралось. Небо окрасилось оранжево-розовым, и Кириан взвыл, как раненный зверь. Волк, стоявший позади него, припал мордой ко льду. И Элинэя вновь почувствовала удушающую волну магии, что сбивала с ног. Но падать сейчас было нельзя!

— Ухо-о-оди!!! — в отчаянии закричал Кириан.

— Я хочу просить о желании у Медовой! — упрямо повторила ведунья и пошатнулась, чувствуя, как силы покидают ее.

— Элинэя, что ты делаешь?! — подбежал к ней Рен и схватил ее за плечи.

Она бы упала, если б он вовремя не подоспел. А Кириан буквально таял с каждым мгновением. Кости создания истончались и осыпались прахом прямо на скованную льдом реку. Лед трещал, воды реки под ним бурлили, и земля близ Медовой вновь проступала сквозь снег, а вместе с ней и выгоревшая черная трава, и тоненькие стебельки цветов.