Когда грифон охотится

Что ж, может и впрямь почесать кулаки и об этого тоже? А то эти его «братья» распоясались в край! — Прекрасно понимаю, что я всего лишь жалкая замена ее люби...

Вдруг осекся. Насупился.

И действительно понял.

Идель ведь и сама что-то такое говорила, да? Что чувствует себя спокойнее рядом с ним, потому и пришла. Потому что без Рейберта и без Дарета ей было больше не к кому пойти.

Особенно после того, какому риску он всех их подверг. Сегодня — и гораздо раньше, когда решил, что его «братья», отпущенные на все четыре стороны, почему-то непременно уберутся из Редвуда и не будут грабить его селения.

Законченный идиот. Или, теперь ему по статусу говорить «наивный глупец»?

Железный горячо выдохнул, теряя запал подраться и ненавидеть Идель хотя бы до утра. Он доплелся до шкуры перед камином и упал, подогнув под себя одну ногу.

Какая ирония! Самая холодная женщина империи пришла к нему наедине от всех сказать, что он, Железный — молодец. Ровно так, как он хотел, чтобы она встретила его после драки.

Драки, исходом которой мог стать шанс, что Идель умрет, изнасилованная толпой.

— Я идиот. — Согласился Эмрис. Берн подошел сбоку и отстегнул с пояса небольшую фляжку. Протянул начальству.

— Но святые яйца Творца, — Железный взял выпивку, — она еще глупее.

Берн молчал. Ему не надо было объяснять, что Эмрис имеет в виду. Он стоял и, скосив взгляд, наблюдал, как его капитан делает все, чтобы отключиться.

Глава 13

Аерон переглянулся с присутствующими Эйваром и Теоданисом и вернулся взглядом к визитеру.

— Можешь идти, Дарет, — отпустил он посланца. Дарет поклонился по очереди:

— Ваше величество, ваша светлость, — обратился к Тео, — ваша милость, — поклонился Эйвару. Последний поднялся на ноги с неожиданной прытью.

— Позволите, государь?

Аерон сделал благоволящий жест: иди.

— У меня есть пара вопросов, — объяснил Эйвар Дарету в дверях.

Теоданис дождался наверняка, когда останется с племянником наедине, и спросил:

— Ты можешь мне объяснить, почему моя дочь все время рискует в одиночку, пока ты греешь задницу в столице?

У Аерона напряглись спина и шея.

— Дядя, поверьте, мне тоже совсем не хочется, чтобы Идель рисковала.

«Особенно теперь»

— Не верю, Аерон, — непреклонно заявил констебль. — Из-за тебя я потерял не только зятя, но и внука.

Тц, опять он об этом!

— Теоданис, я уже говорил. Я не знал, не знал! Она даже тебе не сказала о беременности. Разумеется, если бы я был в курсе, само собой...