Мираклы. Поднебесные города

Меня все больше заботили насущные дела. Например, кто кормит моих животных? Догадался ли Литар закрыть мой дом? И, если закрыл, то не потеряет ли он ключ, ведь запасного у меня с собой не было.

Не знаю, почему именно эти вопросы меня одолевали, видимо, сказывались потрясения предшествующего дня.

Какое-то время я так и сидела в тишине и темноте, только неясный шорох где-то в противоположном углу давал понять, что в подземелье я находилась не одна. Сначала эти звуки не отвлекали меня от мыслей насущных, но чем дольше я слышала эти копошения, тем сильнее они начинали меня нервировать.

С каждым новым хрустом мне казалось, что издает его все большее и большее животное, и с каждым мгновением чудилось, что это создание подбирается ко мне все ближе и ближе.

В какой-то момент нервы не выдержали подобного напряжения. Тогда, взвизгнув, я запрыгнула на бочку с ногами и стала крутить головой по сторонам, словно могла таким образом что-то увидеть. Но добилась только того, что живущий в моей камере мелкий грызун на какое-то время затаился.

Не успела я подумать, что все эти звуки мне просто померещились, как скрежет возобновился с еще большей силой. От обморока меня спасло лишь появление в подземелье стражника с чуть рассеивающей тьму лампой. Он принес мне завтрак.

— Уважаемый стражник, подскажите, что сейчас там, наверху? Я немного потерялась во времени, — боясь, что меня попросту оставят без ответа, попыталась я спросить максимально вежливо.

— Сейчас утро, я как раз тебе завтрак принес, дитя.

Ну и всполошила же ты долину. Даже левобережье вовсю судачит, узнав, что кто-то посмел нарушить все три нерушимых закона, — проскрежетал престарелый скилл.

— За завтрак спасибо. А, что касается миракла, тут мне оправдываться нечем. Виновата, — согласилась, принимая из его рук тарелку похлебки и лепешку.

— Ох, молодость и глупость. Из-за этого все беды, — пробурчал он, качая головой, и уже развернулся, чтобы уйти. — Ты аккуратней здесь, в подземелье много всякого водится.

Старик хмыкнул и двинулся вверх, слегка шаркая ногами по ступенькам. А я, напуганная его замечанием, принялась рассматривать камеру, стараясь ничего не упустить из виду, пока свет лампы не исчез за поворотом. Только ничего подозрительного рассмотреть так и не успела. Зато звуки опять возобновились, как только я поела и перестала жевать. Трясясь от страха, направилась к соломенному тюку, уже точно зная, в каком направлении от меня тот находился.