Обманувшие смерть

Он старался без брезгливости взять аккуратно воронье тело и то, что осталось от головы и поместить на самодельную кроду. По рукам текла холодная, тёмная кровь. Но замараться было не страшно, кругом было чем умыться. Положил веточку рябины на чёрные перья. Сорвав очередную ветвь, он поджёг её, подошёл к кроде и начал читать единственную молитву, что знал.

И зачем он все это делает? Душа же ведь упокоилась. И все же наплевать на тело ему казалось неправильным. Закончив с молитвой, он поджёг кроду и тело. Они скверно горели, но он не унимался, поднося горящую веточку в разные места.

Оранжевое пламя разрослось, медленно наедаясь, выплёвывая дым. Он смотрел на огонь, следил, чтоб тот не погас раньше положенного.

Через какое-то время заметил по левую сторону Марианну. Она молча подошла и так стояла. Может она и раньше появилась, а он и не заметил, поглощённый огнём.

— Где он? — первым спросила она.

— Ушёл.

— Ты его отпустил, — в её голосе он слышал лёд, никакой прежней пылкости.

— Ты хотела, чтоб я его задержал?

— Да.

— И что тогда ты бы сделала?

Она молчала, но он догадывался, что у неё творилось в голове. Он понимал её чувства, хоть и полностью не мог их разделить. Заря не был ему верным другом, как ей. Но тот выручал его и не один раз. Когда догорало тело Зари, было ещё темно. Но спасительный сон не приходил.

Он потихоньку приходил в себя. После зимних нелюдей, русалок и беролака, он уже не надеялся на покой. Но тяжесть надавила на него, подобно огромному камню, прижавшему к земле. Ему вновь стало трудно дышать, внутри горели лёгкие.

Горло саднило, но веки все равно медленно сошлись, и он погрузился в темноту.

Марианна разбудила его на рассвете, чего давно не делала. Он понимал, почему она так поступила. Да одного недовольного взгляда хватило бы, чтоб понять, что она злилась. Он упустил Дорейку. А если бы он задержал юношу, то, что тогда она бы с ним сделала? Марианна не стала бы убивать его. По крайней мере он надеялся на это.

Они шли медленно, он не мог быстрее передвигать ногами.

Может он не выспался, а может общая усталость от их странствий сказалась. Да, он устал. А они все шли, и шли. Вдруг вдали он заметил старика с соломенным мешком за спиной. Обрадовался, что тот хотя бы им дорогу укажет. Да они и доберутся до какой-нибудь деревни.

Он было собрался к нему, почувствовал, как и силы к нему вернулись. Но Марианна остановила его, взяв за руку, да крепко сжав.

— Не нужно.

Он взглянул на неё. Вновь та Марианна, которую он когда-то встретил.