Прятки с судьбой

Я даже подумала, а не стоит ли признаться в чём-нибудь ещё.

— Людмилу накажут…

— Но, отец, — я попыталась его перебить, но он мне не позволил, резким взмахом руки остановив мою речь.

— … за бесконечные покрывательства твоих проступков. Всему есть предел, моему терпению в том числе. Всё, что ты сейчас мне рассказала, ты завтра утром расскажешь сестре и извинишься перед ней. А что касается князя Радимира, то ты, дочь, примешь всю ответственность на себя.

— Ему тоже всё рассказать и попросить прощения? — в голове крутилась одна мысль: до чего же это унизительно.

— Нет, Агния, мы примем предложение князя и ты станешь его женой.

Кажется, в зале разом кончился воздух и мне стало нечем дышать. На фоне этого унижения перед сестрой стали сущим лепетом.

— Папочка, но я не хочу за него замуж! — из глаз брызнули слёзы, которые я пыталась сдерживать, что было сил.

— Ты не хочешь замуж, и Всеслава не хочет замуж. Может, мне тогда пойти? — несмотря на иронию в голосе, тон отца был суров, и перечить ему явно не стоило. — Пора повзрослеть, Агния, и научить держать ответ за свои поступки.

— Не хочу я замуж за Радимира, — слёзы несдерживаемым потоком хлынули из глаз. — Я люблю другого.

— Не смей! — повысил на меня голос отец и стукнул ладонью по массивному подлокотнику.

— Вот и славно, не придётся второй раз краснеть перед Радимиром, — слова отца неприятно задели.

— А если я откажусь от князя?

— Значит это станет последним, что ты сделаешь в роли княжны. Не вынуждай меня, Агния, принимать крайние меры.

Спасибо, что не выгнали взашей. Я бы уже ничему не удивилась. За дверью меня дожидался дружинник, он старательно избегал моего взгляда, но по одним его пунцовым ушам было видно, что он слышал каждое слово. А уже завтра об этом будут знать в каждом курятнике Великолучья.

Позорище… Есть только один способ его избежать — дать согласие Милану.