Украденная судьба

— Имя! — рявкнул капитан, увидев меня.

— М-милика.

— Ложь!

— Господин, эта девушка почти полгода живет в моем доме… — вступилась вдруг Мартина. — Она в лавке сладостей работает, у Агнеты. Никто о ней злого слова не сказал ни разу…

Я молчала. Капитан посмотрел на меня пристально, будто наизнанку вывернул.

— Так ведьма и не будет рассказывать о своих злодеяниях всем и каждому, — ухмыльнулся он. Ну да, и не поспоришь.— Сладеньким, значит, торгуешь.

— Это хорошая работа, — тихо ответила я, опуская взгляд.

Не могу больше! И не знаю, как сделать, чтобы отвести подозрения. Если смотреть прямо — воспримут как вызов, отворачиваться — все равно что признать за собой вину. Не хочу здесь находиться. Не хочу!

— Такая хорошая, что ты ради нее даже в Тальмер притащилась? Наверное, платят богато?

— Мне хватает. Мои предки жили в этих краях. Мне было все равно, куда ехать, вот и решила…

— Да ну? А чего со старого места сорвалась? Несчастная любовь? — иронично хмыкнул капитан.

Они отсюда не уйдут просто так. Нечего и надеяться. Вот только если беглая ведьма так страшна, почему они насмехаются, а я едва на ногах стою от ужаса?

— Оставаться на прежнем месте я не могла. Там подходящей работы не было.

— Или тебя там раскрыли, вот ты в бега и ударилась, — припечатал капитан.

— Господин, — пролепетала я. В голове роились мысли: что делать? Обязательно нужно что-то сделать, что-то сказать. Что-то правильное… иначе будет поздно. — Господин, я не сделала ничего плохого.

Неподходящий выбор. Так все говорят. Вот и капитан не поверил. Лишь ухмыльнулся:

— Ну да? А это как же? — подставил руку, и один из стражников передал ему то, чего я прежде не заметила, потому что боялась разглядывать пришельцев.

Капитан показал нам с Мартиной измятый ком вощеной бумаги, обвязанный зеленой ленточкой, которая уже была грязна, но цветная бусина все еще держалась на ней. Тот самый кулек, который я готовила для детей Мартины и потеряла, убегая из парка.

Мартина не могла не узнать и двойной бант, которым был перевязан сверток, и злосчастную бусину.

— Будете еще отпираться? — спросил капитан.

Я только и смогла повторить:

— Я ничего плохого не сделала.

— Разберемся. Забирайте обеих!

Мартина ахнула.