Незваная невеста мага

Ну и они сами создают охранные амулеты, чаруют камни для сохранности свежести товаров, в общем, могу сказать, что дела у них идут прекрасно. Хотя, отец считает, что торговля и имя рода Дарго – плохо совместимые вещи.

Тайлин осторожно перенесла вес с одного бедра на другое. Сидеть на краешке стола было неудобно, но поспешно соскакивать с него казалось глупым. Словно она сама не знает, что делает. Трис, сидящий на удобном стуле, о мучениях диа и не подозревал. Он сложил листы на столе в аккуратную стопку и провел по ней ладонью.

– Что касается меня… Скажем так, у нас с отцом есть давние разногласия. Но мы все-таки оставались семьей до того момента, как я решил поступить на службу в Крепость, бросив карьеру в Департаменте. Отец счел это огромной ошибкой, глупостью и прихотью.

– Почему? – Тайлин наклонилась ближе к Эйсу, опершись рукой о стол. Туго сжатая пружина внутри и бешено колотящееся сердце были готовы к любым дурацким выходкам. Например, провести пальцем по резко очерченной скуле – это вообще правильно, что природа создает такие острые линии? Такие дисгармоничные и при этом складывающиеся в притягивающее взгляд целое?

Маг пожал плечами.

– Он считал, что я быстро продвигаюсь по службе, а Крепость отбросит меня на несколько лет назад. Что я просто потрачу свое время.

Да уж. Что такое просто так тратить время ты знаешь, правда?

Тайлин знала. Эти пустые вечера, занятые пересадкой кустов, потому что делать больше нечего. Бессмысленная вышивка очередной подушки, потому что накатившая вдруг вспышка видения нитей означает, что пора заканчивать перерыв и снова начинать пить травы.

А пока они не начали действовать – надо сидеть и делать вид, что ты сосредоточенна на этой работе. Ведь к маме зашли гости, спешно покинуть гостиную просто не вежливо, а она так устала и нити, нити обхватывающие запястья той приторно улыбающейся, удивительно неприятной дамы…

Да если бы ей хоть каплю магического дара. Хоть простую обычную жизнь, которую можно жить! Разве можно так небрежно относиться к человеку, который решил потратить годы своей жизни, связав себя с Крепостью и Краем?

Тайлин поняла, что начинает злится.

Надо было взять себя в руки, но воспоминания о сотнях поддернутых туманной дымкой дней ударили неожиданно больно. А еще стало искренне обидно за Эйса. Вот почему ее голос дрогнул, когда она сказала:

– Это ужасно гадкие и несправедливые слова. Твой отец должен был бы рассказывать всем, как он гордится сыном, который защищает людей. Здесь. Каждый день.