Крылья

- У меня нет ничего кроме посоха и новостей. Я могу пройти к королеве?

Шеренга Солдат, всего минуту назад, готовая растерзать в клочки любого из Храмовников, молча, и с поклоном расступилась.

Кто-то протянул Уиллисису сложенную им тогу и посох.

Храмовник, улыбнувшись, склонил голову и толкнул резную дверь.

- Я передам Королеве, что вы до сих пор верны ей.

# # #

Я топал вперед, набычив голову, подкидывая каждую секунду отяжелевший рюкзак, уже не выискивая, куда поставить ногу, или обо что-то опереться рукой.

Ноги отяжелели, в голове гудело, в глазах прыгали цветные пятна.

Светляки тоже устали, и светили неровно. Свернули луч, расползлись по стеклянным стенкам фонаря, словно, обиженные друг на друга, перемигивались зелеными пятнами и волнами.

- Поругать бы их, или ободрить или воды плеснуть или еды, но все разговоры кончились. Все песни тоже.

- Вера, скулившая еще десять минут назад о своей усталости, теперь топала, так же как и я упрямая и злая.

Ничего не видя, кроме тусклого желтого пятная, выхватываемого фонарем у черной бархатной тьмы.

Коридор был по-прежнему длинным, выматывающе однообразным.

Только провалы переходов на другие уровни и входы в норы проплывали то справа то слева.

Бетонная крошка хрустела под подошвами, как и сутки и трое и годы назад.

Наверное, так же хрустела она под ногами Изгоев, которые шли по ней веками ранее.

- Но мы таки до нее до этой Крыши дойдем.

- И выходило так, что после нее ничего у нас не будет, ни у меня ни у Веры.

- Так всегда ведь бывает. Вот хочешь ты себе что ни будь. Очень хочешь. Так хочешь, что и не вмоготу тебе, арбалет, например, с острыми стрелками.

- И вот ты его или находишь или вымениваешь или покупаешь.

- Постреляешь по углам по куклам тряпичным, и проходит неделя, две и тебе уже не интересно им играть, а применить его в деле нет никакой возможности.

- Никто тебе не грубит. На рожон не лезет. На каждом углу Солдаты стоят -следят за порядком.

- Вот взять Крылья. Верю я в них? Да вот черта с два! Не верю! Просто не верю уже и все! Но иду же. А зачем иду? Зачем?! Кто вот мне скажет? Я тоже долго думал и сейчас думаю, кто мне сказать может, зачем мы то или это делаем.