Крылья

- Ты все еще хочешь убить меня, лейтенант? – Хрипел Уиллисис, тяжким ударом посоха ломая колено нового атакующего.

- Сегодня я пообедаю твоей печенью, Храмовник. – Клацал зубами офицер, спрятавшийся за шеренгами своих подчиненных.

Он перешел в полную боевую трансформацию, подрагивая от нетерпения, желающий броситься в бой немедленно и одновременно страшащийся того, что может быть убит или искалечен.

- Я коснусь каждого - Словно на лекции по Искусству вещал Храмовник.

- И каждый лишится того органа которого я коснусь.

- Сдавайтесь или умрете – Солдат, стоявший рядом с лейтенантом начал менять боевую трансформацию на сторожевую. Это означало, что он сдается.

Лейтенант, уловивший краем глаза движение броневых пластин своего адъютанта, быстро выбросил вперед руку. Жесткая клешня сомкнулась на горле «предателя». Тот рухнул на землю с вырванной гортанью, несколько раз дернулся в конвульсиях и замер.

- Может быть, ты хочешь сразиться со мной? – Снова произнес Уиллисис.

- Зачем подвергать твоих людей смертельной опасности? Ты же знаешь, что они не смогут меня одолеть.

- Это мы еще посмотрим… - Отозвался лейтенант, беспокойно подрагивая большой головой. Уиллисис сконцентрировался. Что-то в поведении мятежного офицера его настораживало.

- Я не справлюсь, Храмовник сильнее, чем я думал. Мне потребуется помощь…

- Помощь идет, постарайся его задержать…

Ментальные сигналы лейтенанта были слабы, смазаны тревожностью и страхом, но Уиллисису удалось понять посыл Солдата.

Все, что ему оставалось делать – это действовать максимально быстро.

Уиллисис продолжал крушить редеющую охрану, настойчиво пробираясь к двери в Сердце Храма. Разделяющих его и лейтенанта воинов оставалось всего трое. Когда первый, стоявший к нему в пол - оборота упал с раздробленным черепом, лейтенант поднял руку вверх, требуя перемирия для проведения переговоров.

Двое, оставшихся в живых, спешно отошли подальше от Храмовника, и сменили боевую трансформацию на повседневную.

Гребень поднялся торчком, развернувшись пластинами вдоль тела. Броня на груди с тихим шелестом ушла под руки, на ногах на внутреннюю часть бедер и голеней.

Ядовитые крюки на запястьях втянулись под грубую кожу рук. Теперь они были более подвижны, но и несравненно менее защищены и вооружены. Хотя, ни броня, ни смертельное оружие не дали им преимущества в противоборстве с настоятелем Храма.

-Ты силен, Храмовник. – Клацнул хищным прикусом офицер.