О невестах, Бессмертных и чужих мирах

Вот только в конце монолога глаза патлатого сверкнули такой алчностью, что моя надежда умерла на корню. Они принялись о чём-то спорить, и чем дольше продолжался их разговор, тем грустнее становился толстяк. Когда мужчина в «сарафане» обернулся ко мне и широко улыбнулся, я уже поняла, что дальше моё приключение продолжится в его обществе.

Приехали. Из огня да в полымя!

— أيها الطائر، أنت ملكي الآن, — произнёс он, а потом ещё и пальцем указал вначале на меня, а потом на себя. Для большего понимания, так сказать.

Я напоказ закатила глаза и вновь продемонстрировала кандалы.

— Снять?

Он кивнул, махнул рукой, что-то сказал:

— لنذهب إلى, طائر.

Я уже собралась отправиться за ним, пока не вспомнила об одной вещи.

— Нет!..

Патлатый перевёл на меня удивлённый взгляд, вопросительно приподнял чёрную бровь.

— ما هو الطيور?

— Постой. Они забрали мой плащ… Как бы объяснить?

С трудом, но мне удалось растолковать, чего я хочу. Мне вернули отобранное, и только я протянула к плащу руки, как его успел выхватить патлатый.

Он внимательно оглядел плащ, даже пощупал его и перед тем, как отдать, задумчиво пробормотал:

— أول مرة أرى مثل هذه المواد. من أنت على أي حال، الطيور.

— Если бы ещё я понимала, что ты говоришь, — ответила, чувствуя, как на плечи навалилась усталость от последних трёх дней, — и что именно от меня хочешь.

Ответом мне были лишь непонимание в глазах и широкая улыбка.

Ступая за патлатым к дому, я прижимала плащ к груди и думала о том, зачем вообще вернула его.

Неужели в глубине души надеялась, что Сеня всё вспомнит и попытается меня найти? Что эта вещь словно спасительная соломинка?

Какая же ты дура, Оливия! Прошло уже три дня, а никто так за тобой и не пришёл! Очнись, Сеня забыл тебя! Ты должна выпутаться из всей этой ситуации сама! И если вдруг судьба вновь сведёт вас, то нужно будет кинуть ему в рожу его последнюю подачку и высказать всё!

***

Пожилой кузнец долго рассматривал мои кандалы, задумчиво хмурясь, потом что-то сказал патлатому.

Судя по тому, как помрачнело его лицо — вести были неутешительные. Некоторое время они о чём-то переговаривались.

— Снять? — требовательно потрясла я руками перед носом мужчины, в чьём обществе путешествовала уже два дня.

— بيرد، أنا آسف، السيد لا يعرف نوع هذه المادة وكيفية إزالتها, — ответил он и покачал головой.

— Проклятье! — в сердцах выругалась я и зло посмотрела на мастера. — Просто выбейте стержни зубилом тут и тут, — показала я пальцами на нужные соединения.