Эжелья

Но я слышала, как наблюдающие шептались.

— Волк выкачал его дар. Парень больше не будет драконом. Он теперь пустышка. Но смотри, как полыхает огнём аура волка. Оборотень просто вобрал всё в себя. Это хуже смерти. Лучше бы волк его растерзал. Теперь бывший дракон — лишенец и будет медленно умирать, доживая век обычного человека. — говорил кто-то рядом. А другой поддакивал и добавил: — Если разум останется при нём. После такого он вполне может помешаться. Был возвышенный и благородный, величественный лорд, а стал никем.

Глава 7 Никогда не пиши свои желания, Женя

Волк теперь преобразился в парня, и я бросилась к Роширу. Приблизилась почти одновременно с какими-то двумя преподавателями. В одном узнала главу Осторса. Он успел подбежать к оборотню быстрее меня и схватил его за плечи. Вертел лицо, разглядывал глаза, как учёный или доктор.

— Сам бы ты не смог снять такой блок, но он слетел полностью. Твой дар активирован, и теперь его уже не запечатать. Видимо, сильнейшая вспышка ярости привела к этому — Осторс не винил Рошира и, грустно взглянув на бывшего дракона, лежащего без сознания, он сказал.

— Мог бы посмотреть, что на ученике чёрная форма, и хотя бы подумать, прежде чем влезать. Ведь предупреждают не просто так. — а я тоже не обращала внимания, что, Рошир в чёрном. Видимо, как и остальные, я принижала его и не воспринимала цвет его формы по назначению.

С мрачным лицом Армет отдал двум подошедшим старшим ученикам своего друга и повернулся ко мне. Метнулся и Рошир не успел ему преградить путь. Армет выхватил мою дощечку для письма и зачитал вслух желание. — «Пусть Рошир победит, каким угодно способом, но пусть дракону не удастся побить его» — и второй принц яростно бросил дощечку на землю.

— Любым способом, Женя? — спросил Армет и пошёл на меня. Я попятилась, и мой оборотень встал загораживая.

— Что ты прицепился к беззащитной девушке? Злись на того, кто сильный и может тебе врезать. Ко всему прочему это я виновник. Изувечил твоего друга. Но я не хотел. Мой дар запечатали сразу, как выявили его при поступлении, и он был неактивен. Не знаю, как произошло снятие блока, круг магистров ставил его, а я каким-то образом один снял. Если бы я мог вернуть твоему другу дар, то сделал бы это — говорил Рошир, и было видно, что, он искренен.