Великая княжна. Live

– Как раз успели к началу сеанса, – прошептал он, когда в зале погас свет, на экране возник логотип Шепсинской киностудии (бескрайний пляж с шипящей морской пеной) и раздался саундтрек заставки: «Ш‑ш‑ш! Это Шепси!»

«Осень в Париже» шла во французском переводе. Это было странно. Екатерина знала фильм наизусть, и одними губами проговаривала за маменьку ее реплики на русском.

Ирреальность происходящего ударила в висок, когда в кадре мелькнула пекарня на бульваре Инвалидов, где только что завтракала сама Екатерина.

В фильме буланжерия выглядела по‑другому: была изысканной, полупустой и чистой. Василиса задумчиво пила вино, глядя в окно на умытый, залитый солнцем бульвар; молоденький официант обслуживал ее расторопно и безупречно вежливо. Вопрос с оплатой счета – наверняка астрономического – киношники и вовсе проигнорировали. Ничего удивительного: бедная, хоть и невероятно талантливая художница, которую играла Василиса, никак не могла себе позволить вот так вальяжно закусывать в кафе, когда по сюжету у нее не было денег даже на оплату квартиры.

Впрочем, несмотря на некоторые сценарные неувязки и общую наивность, фильм (красивый, смешной, яркий, профессиональный – как все шепсинские блокбастеры) здорово поднял Екатерине настроение.

– Роберт, как вы только додумались до такого? – тихо обратилась она к своему соседу.

– А? – оторвался Вяземский от своего перстня‑разумника. На экран он не смотрел совсем. – До какого?

– Граф! Ну что вы, в самом деле! До кино как вы додумались, я спрашиваю.

– О, все просто. Продюсеры «Всемогущего» подсказали.

– Понятно. – Великая княжна почувствовала себя обманутой.

– Да, они отсмотрели все ваши, э‑э‑э, «березовые беседы», – Вяземский пошевелил бровями, – и поняли, как для вас важен кинематограф. Вот и предложили мне пригласить вас во Францию на просмотр «Осени в Париже». Я согласился, у меня тут кой‑какие делишки есть.

– Понятно, – повторила Екатерина. – А сами вы куда собирались меня пригласить? Пока продюсеры не вмешались?

– У меня была замечательная идея.

– Вяземский придвинулся поближе вместе со своим мускусным запахом. – Хотел позвать вас на шоколадную фабрику Конради. На Петергофской дороге, знаете? В бывшей усадьбе Строгановых. Там огромное кондитерское производство. Все девушки без ума от шоколада. Просто умирают, когда его видят.

И Вяземский, видимо решив воспользоваться удачным моментом, взял руку Екатерины в свои холодные ладони.