Избранная Луной

В первый раз, разговаривая по телефону, я поссорилась с Ник Никовичем из-за родителей, которым он не хотел передавать от меня привет. Во второй, остыв, мирилась с ним, согласившись, что он прав и не надо давать преследователю малейший шанс отыскать меня через семью. В третий же перепрыгнула через ограду, чтобы выгулять взволнованную волчицу. Неудивительно, что хозяин дома, на которого замкнута защита поместья, не выспался — столько раз просыпаться из-за передвижений гостьи.

Догнав Вольского, виновато спросила:

— Сеть защиты намного выше забора? И я ее разрываю каждый раз, когда перепрыгиваю?

— Вы не дотягиваете каких-то полметра, — кивнул он спокойно.

Неудобно вышло. Представляю, как «здорово» ему дергаться из-за моих прыжков.

— Хорошо, я буду прыгать выше.

— Не стоит. Я поставлю вам допуск.

— Спасибо, Александр.

— Вы покидаете территорию каждую ночь, чтобы по телефону отчитаться Нику?

Я сбилась с шага и подозрительно уставилась в светлый, посеребренный луной затылок.

— Почему вы так решили?

— Возвращаетесь быстро, минут через пять, — проявил проницательность Вольский.

Ник — единственная ниточка, связывающая с нормальным прошлым и близкими. Он иногда рассказывает новости, но чаще сообщает, как проходят поиски пропавшей игрушки наследника стаи Горобинского.

Ради этой информации я готова выслушивать брюзжание занудного Ника Никовича каждую ночь. Я бы многое могла рассказать Вольскому, но ограничилась двумя словами:

— Да, отчитаться.

— Ясно.

Что ему ясно, мне непонятно. Спрашивать не стала, молча шла на расстоянии двух шагов до самых ворот усадьбы.

Вопреки ожиданию колдун не навернулся в кромешной темноте, он даже не споткнулся ни разу! Правда, ветки трещали под его туфлями из крокодильей кожи изрядно, тогда как мои босые ноги ступали бесшумно.

— Дайте руку, — бесцеремонно потребовал у ворот Вольский.

На автомате подчинилась, и этот… этот нахал провел ею по острым завитушкам!

— Предупреждать надо!

— Могу подлечить, — хмыкнул он, наблюдая, как каплю моей крови жадно впитывает металл, а затем его губы беззвучно зашептали слова допуска.

— Спасибо, обойдусь своими силами.

Небольшая царапина затянулась на глазах, но меня все равно душила обида, мешая свободно дышать. Слов нет, каков наглец! Если у меня регенерация оборотня, это не значит, что можно без предупреждения брать кровь.