Сирень под солнцем

Желаю Вашему сыну успехов в учёбе, — как можно искреннее произнесла она, пытаясь увести разговор в безопасное русло.

— Спасибо. Рад был с Вами увидеться. Хорошего вечера и… достойных собеседников, Хината-сама.

Старейшина степенно удалился, и они продолжили путь.

Аято повёл себя так, будто ничего не произошло. Подумав, Хината решила удержаться от вопросов. Их со старейшиной отношения, похоже, имели под собой давний конфликт, её не касавшийся.

Все празднующие вытянулись неровной колонной и медленно зашагали в сиреневый сад.

Во главе шла Ханаби, за ней отец со всеми членами Совета. По бокам держались музыканты с барабанами и флейтами, погружая в транс своей самобытной мелодией.

Хината и Аято прошли жилой квартал молча. Звон колокольчиков, перекатывающийся шёпот и шелест листвы заполняли тишину и создавали приятную атмосферу, которой они были не прочь насладиться. Только у ворот в Сиреневый сад Хината решила нарушить молчание.

— Аято-кун, прости за нескромный вопрос…

Юноша с интересом повернулся.

— Твоя бабушка… Как ты думаешь, имеет ли она на нас планы… романтического характера?

Юноша чудом успел перехватить ручку фонаря, едва не разбив его о ступени каменной лестницы.

Когда он поднял глаза, девушка с самым невозмутимым видом смотрела на него, ожидая ответа.

— Эм… Ты имеешь в виду, хочет ли она, чтобы мы начали… встречаться?

— Не встречаться, а, скорее, жениться, Аято-кун.

Аято моргнул и спустя несколько долгих мгновений ответил.

— Что ж, бабушка часто говорила о том, как хочет, чтобы я кого-то нашёл.

Мол, не умру, пока не отдам тебя в хорошие руки. В последний раз мы даже поругались из-за этого.

Хината заметила, как юноша отвёл глаза, будто припоминая что-то ещё.

— Есть ли что-то ещё, кроме разговоров моей несносной бабушки, что могло навести тебя на такую мысль? — спросил он.

Девушка, помедлив, покачала головой.

— А ты сам не хочешь жениться, Аято-кун?

Тот вздохнул.

— Женитьба обязывает делить своё время с любимым человеком. А я не могу себе этого позволить. Исследования, которые мы ведём Медотрядом, требуют много времени и сил.

— Уверена, для него потеря такого сотрудника станет невосполнимой утратой.

Аято нахмурился.

— Когда-то Совет обязал каждого ребёнка со способностями проходить изнуряющую программу тренировок. Гино-сама буквально отвоевал у них моё право учиться медицине. Поэтому я исключение из правила. И, как ты и сказала, действительно, сейчас в клане нет никого, кто мог бы заменить меня.

Они снова замолчали.