Соломенное сердце

Даня аккуратно закрыл дверь, обошел автомобиль и растерянно упал на свое сиденье.

— Ты уверена? — спросил он, потирая виски. Казался расстроенным.

— Нет, — ответила Поля. — Самой мне не доводилось бывать в ущелье. Тебе лучше поговорить с кем-нибудь из местных. Люди тут живут подолгу и многое помнят.

— Давай где-нибудь остановимся на ночь, — предложил он. — Кажется, я уже не так спешу. Кажется, мне надо больше информации, чтобы сунуться в ущелье. Напрасно топать три дня туда, три дня обратно — ну его.

— Ладно.

Поля надеялась, что им встретится что-то подходящее по пути. Спать сидя в машине не хотелось категорически.

— Почему ты ни о чем не спрашиваешь? — вдруг ни с того ни с сего обиделся Даня. — Зачем мне в ущелье? Почему так важна вода?

— Свидание с очередной вассой? — предположила Поля, до ломоты в глазах вглядываясь вперед.

— Не с очередной! — вдохновленно возразил Даня. — А с самой красивой, нежной, доброй вассой!

— Добрый дух не станет назначать встречу, на которую ни за что не сможет явиться.

Нет воды — нет и вассы.

— Это только твое предположение, — он нахохлился.

— Конечно. Ты нарушил закон? Скрываешься?

— Ну наконец-то! — обрадовался Даня. — А я уж и не чаял. Залезла-таки в мою душеньку грязными лапками.

Поля растерялась. Она опять сделала что-то не так?

— Мне нужно знать, как тебя представить местным… — пробормотала она озадаченно.

— Ну, — Даня заулыбался от уха до уха, — я не то чтобы прям нарушил закон. Но! Но и не то чтобы прям не нарушил… Такое… неоднозначное это.

В Лунноярск меня ждет преданный князю человек, который должен был помочь сойти за здешнего, племянника там из далекого селения…

— Не похож ты на того, кто вырос в далеком селении.

— Видела бы ты, где я рос! Неважно. Сначала — свидание в Костяном ущелье, потом Лунноярск и прочая скукота. Давай так: здесь я буду Даней Стужевым, что чистая правда по документам. Это фамилия моей обменной семьи.

— Если кто-то узнает, что я перетащила через перевал живого человека, то хлопот потом не оберешься.

По обе стороны от перевала знают историю доктора Бойко, и желающих сунуться к духам нет. Но если выяснится, что все-таки можно…

— Ага-ага. Буду молчать и кивать.

В способностях княжича молчать Поля сильно сомневалась. Но ее дело — рулить, а не думать, так что пусть князь сам решает, что делать со своим старшим отпрыском и последствиями его перевозки в Высокогорье.

Справа, за густой тенью раскидистого дерева мелькнули золотистые огоньки.