Право третьей ночи

Я хотел бы, чтобы сына назвали Роналдом. Мне нравится, когда в мужском имени много твердых согласных. И ни одной мягкой буквы. Передайте графине… Впрочем, это лишнее.

Лорд Руци встал. Прошелся по комнате с бокалом в руке. Он и не думал, что это будет так тяжело.

— Почему вы так поступаете с моей дочерью, Генрих? Не хотите ей даже спасибо сказать за сына. Обнять. Поцеловать. Остаться на пару дней. Вам бы пошли навстречу.

— Таково ее желание. Не видеться со мной.

— Она сама не понимает своих желаний! Не успела Лердес стать женой, как на нее обрушилось материнство! Вы ведь не знаете, как мы жили! Что она чувствовала, когда вынашивала вашего ребенка.

Вы же видели: мальчик крупный.

— Он лорд Руци, будущий боевой маг. Нормальные размеры, — с гордостью сказал Генрих.

— Лердес постоянно мутило, потом она стала стремительно набирать вес. Она еще юна и плохо к этому готова. К тому, что на лице появляются пятна, а фигура становится похожей на мешок с картошкой. Потому и не писала вам. Я ей запретила. Там, на границе боевым магам не нужны чьи-то жалобы.

Пусть даже это жалобы их жен.

— Откуда вам это знать? Что нам там нужно?

— Я родилась на границе, — твердо сказала леди Констанс. — И то, что вы приняли за холодность, на самом деле лишь попытка оградить вас от ненужных эмоций. Чтобы вы спокойно выполняли свой долг.

— Но Лердес любит моего лучшего друга!

— Она не говорила о нем больше. Впрочем, вы мне все равно не верите. Поступайте, как знаете.

— Я немедленно отправляюсь согласно предписанию.

Мой отец уже немолод, а мать крайне непрактична, и в хозяйстве они разбираются плохо. Их я тоже оставляю на вас, мама теща. Простите, что на ваши плечи свалится такая обуза.

— Ничего, я справлюсь, — леди Констанс тоже встала. — Храни вас ваш ангел, граф.

— Пусть ангелы хранят нас всех. Я хотел бы увидеть сына перед тем, как уйду.

— Конечно. Его сейчас принесут, — и леди Констанс вышла.

Генрих одним глотком допил виски. Хватит розовых соплей. Но все равно не смог удержать слезу, когда взял на руки затихшего младенца.

Он и в самом деле был огромным для новорожденного. Сразу видно: Руци! Порода!

— Сын…

Он коснулся губами крохотного лба, стараясь не разбудить лорда Роналда Руци. Теща стояла в дверях.

— Быть может, ты передумаешь? — спросила она, забирая ребенка у отца. — И останешься хотя бы на день? Поговоришь с Лердес?

— Нет. Вы же сами сказали: во время выполнения боевого задания не нужны эмоции. Меня ждет служба. Прощайте.

Теща посторонилась.