Она пришла с Земли. Клиентка

Или вы предлагаете, чтобы работали только маги, а остальные пользовались плодами их труда? Разве это справедливо?

— Нет, конечно!

— Пусть зарабатывают сами, а не просят у нас!

Сенаторы переглядывались и согласно кивали друг другу, Верховные маги сидели молчаливыми наблюдателями, и Авитус, хоть и не собирался выступать, но не утерпел и, глядя поверх плеча консула Магического Контроля, спросил:

— Детей тоже отправите в каменоломни?

Каладар кивнул с пугающей серьезностью:

— Обязательно. Будет слишком жестоко разлучать их с семьей, вы не находите? И кроме того, лучше пускай они с ранних лет привыкают к честному труду, чем воруют еду на рынках.

***

Перед арифметикой Лера заскочила к Дилану и Шоннери, и они втроем отправились на занятия. По пути рыжик пожаловался:

— Ты, Вэлэри, как стала клиенткой лэра Маркуса, так зазналась. Все время с ним в столовой сидишь, разговариваешь о чем-то, а в нашу сторону даже не смотришь.

— Так я ведь должна еду ему носить, — попыталась оправдаться Лера.

— Ну и что? Мы своим патронам тоже подносы таскаем, но ведь не сидим за одним столом.

И вообще, никто из клиентов не ест вместе с патронами. Только ты!

— Правда?

Если подумать, то, и в самом деле, Ленора и другие первокурсницы всегда усаживались рядом с Розалией и ее компанией. Не вместе. Рядом! Лера растерянно уставилась на приятелей.

Дилан смотрел в ответ с укором, а Шоннери и вовсе превратился в айсберг (он, вообще, в последние дни какой-то странный стал, как стеной отгородился). Не желая чувствовать себя виноватой или чем-то обязанной, Лера буркнула:

— Шоннери, ты же, вроде, дружишь с Маркусом, разве не можешь присоединиться?

Шоннери промолчал, зато Дилан возмущенно заголосил:

— Да мне кусок поперек горла встанет рядом с наследником Великого рода! И вы не подумайте, не потому, что он такой великий.

Просто зыркнет так, что жуком навозным себя почувствуешь. Ну в Бездну такой обед! Я наслаждаться хочу! Особенно теперь, когда син Лидарий начал готовить так, будто в него дух повара Кьяго вселился.

— Повара Кьяго?

— Ты не знаешь, кто это?! Шон, ты глянь! Наша всезнайка не слыхала о поваре Кьяго!

— Подумаешь, повар, — фыркнула Лера.

Высокомерно глянув на нее сверху вниз, Шоннери заговорил менторским тоном:

— В четыреста пятом году к власти пришел Норий Свирепый. Правил он недолго, однако успел прославиться тем, что любил вкусно покушать. Настолько любил, что если какое-то из блюд не нравилось ему, он тут же казнил повара.