Хранительница. Беглые толки.

Насколько нужно быть душевнобольным, чтобы подстроить смерть человека и спокойно это ему преподнести? На что они, собственно, надеются после этого? Что, узнав о своей липовой смерти, я запрыгаю от радости? Что после того, КАК они со мной поступили, я соглашусь остаться, чтобы спасать их жалкие душонки?

– Карин, я понимаю, ты злишься, но, прошу, возьми себя в руки и постарайся успокоиться, – медленно проговорил он. – Не стоит растрачивать силу на ерунду.

«ЧТО?! – возмущенно подумала, посмотрев на него. – То есть, для него эта ситуация — ерунда? То, что я в бешенстве после того, как узнала о собственной смерти — это ерунда? Он серьезно? Во, бля!».

Я, честно, старалась успокоиться. Правда, пыталась держать в себе то, что стремилось наружу, чтобы никому не навредить. Но после слов Глеба, произнесенных так просто, словно невзначай.

Не-е-ет, ни о каком спокойствии тут речь уже не шла. Я просто горела желанием придушить одного гада собственными руками, чтобы никто не пострадал, и дабы не растрачивать силы впустую, как он того и просил!

– Ерунду, значит, – усмехнулась я, делая шаг к нему.

Еще до конца не успев придумать, что собираюсь с ним сделать за такой поступок, но точно что-нибудь нехорошее.

Один стремительный шаг по направлению Глеба, чтобы воплотить задуманное в жизнь. Возможно, я преувеличивала свои силы и, скорее всего, ничего подобного не сделала бы. Но кто-то подумал иначе, и я поздно заметила его движение.

Резко повернувшись, я столкнулась с извиняющимся взглядом парня.

Того самого, которого называла «говорун». И не успела я понять, из-за чего у парня такой взгляд, как почувствовала, что меня сзади обхватывают и прижимают к крепкому телу. Не трудно было догадаться, кто это сделал.

Я хотела возмутиться, накричать на него и потребовать, чтобы отпустил, но не успела. Перед глазами все пронеслось мутной картинкой, и через мгновение мы уже стояли на чердаке.

Меня вдруг охватил испуг вперемешку с растерянностью. Только что мы были внизу, а спустя мгновение стоим посреди комнаты, до которой добираться нужно было, как минимум, пять минут! Как такое вообще возможно?

– Как ты это сделал? – потрясенно спросила у него.

– Это лишь малая часть, на что способны Ликантропы, – тихо прошептал он мне на ушко.

От столь тесного контакта и шепота с нотками хрипотцы по телу побежали мурашки. Было так странно и непривычно находиться в руках парня. Мне хотелось вырваться из его объятий и возмутиться из-за того что... потому что...