Божественный яд

Идана любила рассказывать о техномагии и своей работе, а принцесса оказалась по-детски непосредственна и любопытна, так что с четверть часа девушки преспокойно болтали о том, о чём в приличном обществе им не полагалось не то что говорить, но даже думать. Однако желающих одёрнуть их не нашлось, Сулус и его друг и бессмертный секретарь Кутум, расположившийся в кресле рядом, слушали с не меньшим интересом и даже задавали вопросы.

За это время успели прибыть остальные невесты. Ида с радостным облегчением обнаружила среди них отлично знакомое лицо, и это открытие буквально окрылило.

Вскоре через боковые двери, не замеченные Иданой, вошёл немолодой хмурый илаат с собранными в тугую косу волосами и без украшений. Одежда его отличалась от остальных не только чёрным цветом, но и покроем. Штаны уже и, кажется, гораздо теплее, мягкие сапоги до середины икры, рубашка-калим — короче и плотнее. Кутра не кутра, но той же длины стёганый жилет, подпоясанный ярко-синим. Поверх наброшен длинный пиджак на пуговицах, сейчас расстёгнутый, понизу отороченный мехом.

Илаат остановился, сразу замеченный всеми, глубоко поклонился, не сводя пристального взгляда со своего принца, а когда тот коротко кивнул и сделал быстрый жест рукой, точно так же молча скрылся за дверью. А принц через мгновение поднялся.

— Прекрасные фройляйн! К вылету всё готово, и нет смысла его откладывать. Прошу всех проследовать для посадки. — Сулус пригласил всех в сторону той двери, за которой скрылся мужчина в чёрном.

На мгновение в зале всё стихло, а потом девушки засуетились, но больше, конечно, не сами невесты, а их сопровождающие — прощания, напутствия, понятные тревоги...

Меньше всего шума создавали две девушки, державшиеся особняком, которых никто не провожал. В одинаковых светло-синих платьях с белыми воротничками и манжетами, они, кажется, явились из закрытого пансиона для благородных девиц.

Одна, со светло-золотистыми волосами, невысокого роста и проще лицом, отличалась красивым голубым цветом глаз, которые блестели нескрываемым любопытством.

Вторая была на полголовы выше и вид имела сдержанно-королевский, который очень подходил ей — безупречные черты лица, аккуратно убранные блестящие каштановые волосы, карие глаза и чувственные губы. Кажется, именно её присутствие до сих пор не позволяло спутнице перезнакомиться с окружающими: светловолосая курсистка то и дело порывалась шагнуть вперёд, но каждый раз оглядывалась на соседку и сдерживалась.