Дрянь с историей

Она хороший практик, но совсем не учёный и не исследователь — то ли фантазии не хватало, то ли каких-то других неописуемых качеств.

Но записи сгинули в неизвестном направлении, да и Ева совсем не горела желанием возвращать покойника сюда в любом качестве. Вот уж о ком она совершенно не скучала!

Об отце скучала. Не о том, во что он превратился в последние годы, а о том, каким был раньше. В её восприятии это были два разных человека. Настоящий Игорь Градин умер много лет назад вместе со своей обожаемой супругой, а то одержимое чудовище, которое заняло его место, даже человеком не всегда удавалось считать.

Поначалу Ева ещё обманывалась, она была подростком и многого не понимала, но постепенно прозрела и смирилась с собственным круглым сиротством задолго до громкого судебного процесса и скандальной казни.

С большим удовольствием она вычеркнула бы это прошлое из своей жизни, если бы не проведённый мужем ритуал и его последствия. Ева очень старалась разобраться, но прежние идеи исчерпали себя, и оставалась одна надежда: на Котёл.

Поэтому в библиотеке она решительно направилась к заветному шкафу с работами преподавателей по исследованию этого явления.

Не единожды за это время закрадывалась мысль обратиться за помощью, но каждый раз Ева спотыкалась об отсутствие рядом людей, которым могла бы довериться. Кто знает, в чём её обвинят и что сделают, если узнают правду? Не пожелают ли использовать в каких-то своих целях? Опять становиться подопытным животным не хотелось.

Работ сотрудников университета было много, и на некоторое время Ева растерялась перед огромным отдельным каталогом. Исследования природы Котла, его влияния на людей и бог знает что ещё. К счастью, систематизирован он был сразу по двум параметрам: по разделу и по автору, так что вскоре Ева сориентировалась и взяла несколько монографий известных исследователей Той Стороны. Стопка получилась внушительная и разнородная: от тематических журналов, которые, как оказалось, выпускал ГГОУ очень маленьким тиражом, до пары увесистых монографий в твёрдом переплёте, одна из которых принадлежала перу Медведкова.

Пробежавшись по всем находкам поверхностно, Калинина отложила для себя несколько наиболее перспективных на первый взгляд вещей и углубилась в изучение.

К тому, что природа Той Стороны вызывает споры, Ева давно уже привыкла — единого мнения в этом вопросе не существовало никогда, слишком мало достоверных сведений.