Дрянь с историей

Запинаясь и смущаясь, юноша поблагодарил и заверил, что обязательно обратится, когда найдёт такую возможность.

Ева рассеянно слушала чужие голоса и через пару минут поняла, что её окончательно отпустило давящее ощущение, порождённое случайной находкой. В конце концов, ну черновики и черновики, мало ли что это такое? Вдруг кто-то фантастическую повесть писал!

Нет, конечно, глупости. Это явно рабочие заметки пусть сумасшедшего и аморального, но — профессионального учёного, а не писателя. Но им не один год, и лежат они здесь тоже давно, а далёкое прошлое — это такое специальное место, где можно найти любую жуть, ещё пострашнее вот этого.

Жаль, что книга попалась в закрытой части библиотеки, и никак не установить, кто брал её с полки. В карточку попадали только те, которые выносились из библиотеки, а здесь воспользоваться ею мог любой преподаватель. Может, уже давно покойный. Лучше бы покойный, да уж…

— Ева, может, тебе пора заканчивать? — обратился Стоцкий к ней, возвращаясь к своему столу.

— О чём ты? — нахмурилась она.

— Выглядишь бледной и замученной. Но если взять Владимирского и сверху приложить Горшкова, тут любой свалится, — обаятельно улыбнулся он. — Надо иногда прерываться.

— Да, ты прав, — слабо усмехнулась она. — И времени уже сколько! Пора сворачиваться, а то опоздаю…

— Свидание? — понимающе уточнил Яков.

— О да! Томилина обещала познакомить с изумительной местной жительницей, которая делает какую-то потрясающую косметику.

— Догадываюсь, о ком речь. — Стоцкий усмехнулся. — Леночка от неё тоже в восторге, так что, думаю, всё будет хорошо.

— Леночка? — озадачилась Ева.

— Моя невеста, — пояснил Яков. — Она здесь в бухгалтерии работает.

— Надо же, и не потусторонник? — удивилась Ева. — Мне казалось, здесь принято обращать внимание только на своих.

— В общем да, у неё слабый и неразвитый оборотный дар, — отозвался он с лёгким смущением и, опять потерев скулу, с неуверенной улыбкой добавил: — Но это ведь не закон.

— Как это ни странно, — вырвалось раздражённое. Но Ева тут же поспешила взять себя в руки. — Прости, я что-то и впрямь устала.

— Знаешь, пойдём-ка я провожу тебя и сдам с рук на руки Ольге, мне категорически не нравятся твоё состояние и внешний вид.

Настроен Стоцкий оказался решительно, а Еве не хватило упрямства отказаться. Тем более она вскоре признала правоту мужчины: самочувствие действительно вызывало вопросы.