Дрянь с историей

— Ты ведь можешь вести себя нормально, почему иногда ведёшь как полный засранец?

— Ты пришла именно с этим вопросом? — усмехнулся он.

— Нет, это просто к слову пришлось, пока я формулирую мысль.

— Интересное у тебя «к слову». А веду я себя так, как хочется в конкретный момент. Сейчас мне нравится вот так лежать, непривычное ощущение. Не хочется вставать, поэтому я не против поговорить. Ну так что?

— Я заметила одну странность здесь, в ГГОУ, и просто не представляю, с кем можно её обсудить, кроме, как ни странно, тебя.

Я почти никого здесь не знаю, а те коллеги, с которыми познакомилась… Странность именно в них.

— О чём ты? — Дрянин нахмурился, явно подобравшись и восприняв сказанное всерьёз, и это несколько приободрило.

— Среди преподавателей необъяснимый раскол. Потусторонники считают себя элитой, а всех остальных — людьми второго сорта.

— Среди студентов та же история, — добавил Серафим.

— Откуда ты знаешь? — удивилась она.

— Поговорил кое с кем. Неважно. И что ты по этому поводу думаешь?

— Я так растеряна, что не знаю, как реагировать и как с этим быть.

Говорят, рыба гниёт с головы, то есть студенты наверняка перенимают отношение преподавателей, а те… Не представляю. Они вроде бы нормальные, приятные даже люди, как они могут всерьёз вот такое предполагать? Почему?! Понимаю ещё задаваться умениями, но тип дара?! И ладно бы это были плетельщики, они объективно самые могущественные среди чародеев, а так… Я сказала что-то необычное?

— Не то чтобы, — пробормотал он.

— Просто у меня появились новые вопросы к твоему прошлому.

— Ты со мной не согласен? — нахмурилась она.

— В ключевом — согласен. Просто ничего принципиально нового в их поведении нет. Это распространённый людской порок и людская страсть: считать себя исключительным. Но действительно одному быть исключительным чертовски сложно — либо к этому приходится прилагать слишком много усилий, либо это доставляет куда больше неприятностей, чем удовольствия, — поэтому людям проще считать превозносить и выделять некую группу, к которой они принадлежат, а остальных — автоматически низводить до второго сорта.

Неужели ты с таким не сталкивалась? Во время учёбы, например. Да и в истории. Сословное деление, это ведь то же самое.

— В моём детстве были другие проблемы, — вздохнула Ева. — И всё равно… По типу дара?!

— Цвет кожи, место рождения, приставка к фамилии… Да и по дару тоже были попытки, и до сих пор бывают.