Чудеса в ноутбуке

Васька из лодки выбрался сам и насторожённо замер, не пытаясь нырнуть в темноту. Когда я подхватила его под брюхо, только отрывисто раздражённо мявкнул, хлестнув хвостом по руке.

Заросшая тропа вывела к ветхой деревянной лестнице, а по ней — наверх, к типичному дощатому дачному домику. Строение выглядело запущенным и почти заброшенным, вокруг колосился бурьян по пояс, наверняка с крапивой. Типичная для любого садового товарищества картина, от нашей дачи за три дома стояла почти такая же избушка.

Кирилл повозился с навесным замком, рывком отпер перекошенную дверь, та ответила душераздирающим скрипом.

Я неуверенно последовала за мужчиной внутрь — под крышей всяко теплее, а брезент остался в лодке.

Убранство было таким же ветхим и невзрачным. Старый диван, ржавая буржуйка, топить которую отважился бы только самоубийца, колченогий стол, три разномастных стула. В углу — крутая лестница на чердак. Кирилл шагнул к ней, но вместо того, чтобы начать восхождение, откинул половицу. Что-то там долго высматривал и ощупывал, а потом откинул широкий люк, настолько точно пригнанный и толстый, что, не зная о его существовании, можно искать бесконечно.

Как вообще сумел подцепить? Ручки-то нет!

— Пойдёшь со мной? — предложил Кирилл. — Если боишься — можешь подождать тут, наверху есть керосиновая лампа и свечи. Я принесу. Но внизу удобнее и гораздо наглядней.

— Да ладно, пойдём уже, — поколебавшись, решила я.

— Не боишься, что замурую? Или запру и буду издеваться?

— Знаешь, как ни странно — нет, уже не боюсь, — рассеянно призналась я.

— Должна бы, но, наверное, так задолбалась, что окончательно перестала верить в реальность происходящего.

— Тогда идём. Познакомишься… с реальностью, — он подытожил коротким смешком и принялся спускаться в люк. — Тут лестница с перекладинами, осторожнее. Но она крепкая.

Василий возвращаться в переноску не хотел, орал и растопыривал лапы, и я испытала облегчение: вот теперь узнаю, это Васька. Уговоры не помогли, пришлось применить насилие, благо кот почти не дерётся.

Лестница оказалась металлической, некрашеной, похоже алюминиевой, и тянулась в узком жёлобе, отделанном чем-то неопределённо-светлым и как будто монолитным. Я нырнула в благоустроенную кроличью нору следом за мужчиной, и вскоре с удивлением обнаружила, что лаз не кончается очень долго. Остановившись через некоторое время передохнуть, я поскребла материал стены ногтем и поняла только, что он очень твёрдый и гладкий — не то металл, не то пластик, не то вообще керамика.