Чудеса в ноутбуке

И запоздало отметить, что тут, внизу, неожиданно тепло — совсем не то, чего ожидаешь от каменного зала глубоко под землёй, заполненного металлом. Были мы как-то всей семьёй по весне в танковом музее, так в ангарах от выстывших за зиму машин шёл такой холод, что мамина паранойя по поводу «а вдруг все замёрзнут» принесла пользу, и прихваченные ветровки неожиданно пригодились.

— Почему? — обернулся Кирилл.

— Ну… Не знаю. Обычно так и бывает. В кино.

— Ты не находишь глупым столько всего строить, чтобы потом угробить из-за одного жадного идиота? — хмыкнул он.

— Нахожу. Мне это всегда казалось странным. То есть ты хочешь сказать, что это обычное золото и его можно трогать?

— Можно. Если хочешь, можешь взять что-нибудь на память.

— Меня настораживает, что оно светится, — призналась я, не спеша проявлять сорочьи замашки. Никогда не питала страсти к драгоценностям, а тут, несмотря на слова собеседника, не отпускало ощущение подвоха. А ещё в таком количестве драгметалл совсем не казался ценностью.

Не могут ценности лежать такими грудами и точка.

— Это неопасно. За пределами зала эффект пропадёт, — сообщил Кирилл. Но я не поверила, поэтому молча продолжила топать за ним след в след.

Светились золотые россыпи тускло, но достаточно для того, чтобы увидеть в отдалении возвышение, трон на нём и человеческую фигуру на троне. Статуя там экзотическая, что ли?..

Чем ближе мы подходили, тем более неуютные ощущения вызывала эта фигура. Слишком детально и правдоподобно для изображения, слишком неподвижно — для живого существа.

Да и ближайшее окружение…Черепа на стенах, черепа на троне, черепа в облачении. Черепа явно каменные, но впечатляли сильнее реальных. При взгляде на это великолепие вспоминались отнюдь не современные культурные течения, а зловещие древние культы в их первозданном, не нынешнем пригламуренном и опопселом виде.

Худощавый мужчина с бледной в синеву кожей сидел на каменном троне, расслабленно возложив ладони на широкие подлокотники и закрыв глаза.

Корона на его голове торчала острыми шипами, точёный полуобнажённый торс вызывал мысли о проведённых в спортзале часах, потраченных на получение такого рельефа, а те, в свою очередь, вызывали нервный смех и холодок по спине. Незнакомый тип выглядел так, что шутить над ним не хотелось.

И над сочетанием голого торса с фрагментами доспехов — тоже. Наручи, наплечники, латные сапоги с резными черепами на коленях…

Вблизи всё оказалось интереснее.