Тили-тили-тесто, Демон и Невеста

Искусники водной и воздушной стихий пустили по основе потоки ледяной воды и ветра, заставляя те циркулировать, переплетаться, охлаждая емкость. Втроем они выточили золотые лепестки, которые закрепили на основе. Приложите ладонь и почувствуете прохладу, водные капельки и легкий ветерок.

– Как чудесно, – прошептала я, приседая и невесомо касаясь золотых лепестков. – А четвертый маг? Как он сделал это? – Встав, во все глаза смотрела внутрь чаши, где гулял, будто живой огонь.

– Он отдал жизнь.

– О чем вы? – Нахмурившись, повернулась к незнакомцу и посмотрела ему прямо в глаза.

– Маг был очень стар. Понимая, что вскоре ему предстоит уйти за черту, мужчина отдал фонтану часть своей души и всю магию. Ведь вы уже заметили, что огонь живой, да?

– Да… Но разве это возможно? И вы сказали, что маг отдал жизнь…

– На следующее утро его нашли мертвым. Он ушел во сне, с улыбкой на губах, – не дав мне договорить, закончил историю спутник.

– Как-то это грустно.

– Однако, красиво, не отрицайте.

– Не буду, – покачала головой и продолжила наблюдать за здешним чудом.

– Ой, я кажется кого-то видела.

– Подозреваю, что саламандр. Маленькие огненные ящерки тут живут, но боятся незнакомых лиц и прячутся внутри фонтана.

– Почему?

– А тут бытует поверье, что если поймаешь одну такую, то можешь загадать ей любое желание, – заметив мой хищный взгляд, мужчина засмеялся. – Неужели и у моей маленькой незнакомки существует мечта?

– Все мы не без греха, – легко согласилась с ним. – Можете обращаться ко мне Розель. Розель Кофр.

– Вынужден вас расстроить, Розель, но саламандры совершенно обычные ящерки.

– Жаль.

– Ну, может я вам помогу? Поведаете свое истинное желание? – Склонив голову, спросил он. Его темно-серые глаза смотрели пристально, подмечая каждую мелочь.

– Только если вы Бог, тогда может и поможете, – фыркнула в ответ.

– Не Бог, – с грустью заключил он, – но иногда, когда тебя выслушают, становится легче.

– Возможно и так, – задумчиво посмотрела на него. Действительно, что я теряю? А поделиться очень хотелось.

– Я драконица, которая не имеет второй сущности, – сказала и рвано выдохнула. Этот мужчина еще не знает, что он первый, кому я призналась в столь интимном факте. Отвернется ли теперь? Засмеет? Но ничего из страхов не оправдалось: ни косого взгляда, ни брезгливой улыбки, даже не отошел.

– Вас это сильно беспокоит?

– Нет, но разве это не уродство?

– На вид вы очень симпатичная девушка, – он прокомментировал мои слова с совершенно серьезным лицом.