Один вздох до рассвета

– Вы слишком добры для этого мира, Принцесса, – тихо сказал Кунсайт. – Но вы не знаете, какой бывает тьма…

Он осекся. В чистых девичьих глазах вдруг полыхнуло сияние такой силы, будто там на миг приоткрылось окно в головокружительно высокие небеса.

– Я? – негромким звенящим голосом переспросила Мессия Света.

…Она вспомнила ледяной холод Галактики Смерти, где она искала затухающее сердце Хотару. Вспомнила черные зеркальные лабиринты Нехелении. Вспомнила прожигающую насквозь ненависть Хаоса, смотревшего на нее глазами Галаксии…

– Я – знаю, – просто сказала она.

И только очень взрослый погрустневший взгляд поведал то, что стояло за этими такими простыми словами.

Это были глаза, которые могут понять, принять и простить – все. Глаза, перед которыми незачем стыдиться скорби, страдания или слабости.

Глаза, в которых жило небо.

Глаза, которые видели ад.

…Нефрит нарушил затянувшееся молчание.

– Тебе ведь тоже нелегко пришлось, да, Серенити? – очень мягко спросил он. – Ты в одиночку пережила едва ли не больше, чем все мы.

Усаги переглянулась с Мамору и крепче сжала его ладонь.

– Я никогда не была одна, – она улыбнулась. – Даже тогда, когда казалось, что все погибли, и рядом никого – я не была одна. Мы – вместе. Всегда. – Она вздохнула. – И доставалось нам тоже всем поровну… Разве тут можно сравнивать – больше, меньше… И мне, и Мамо-чану, и девочкам приходилось умирать. А когда больно им – больно и мне.

– И наоборот, – тихо вставил реплику Хранитель Земли.

– …Но сейчас-то все мы живы, – Усаги обвела собеседников радостным взглядом.

Зой поднял потемневшие глаза. И спросил то, что все хотели, но никак не решались спросить.

– Серенити, ты… расскажешь нам… о них?

Воительница Луны посерьезнела. Не нужно было вопросов, чтобы понять, о ком так хотят знать Ши-Тенно.

– Ну… – Она задумалась, с чего начать. – Нам всем уже почти по семнадцать. Здесь, на Земле, мы ровесницы. Мы учимся в старшей школе… – Она посмотрела на притихших собеседников: – Очень много всего.

– Все, – выдохнул Джедайт. – Все, что можно.

– Мы ведь даже не знаем их нынешних имен, – тихо добавил Зой.

– Твою Меркури зовут Мицуно Ами, – улыбнулась Усаги. – И она одна из лучших учениц Японии. Сто баллов на экзамене – для нее обычное дело.

– Она всегда была умницей, – мечтательно сказал Лорд Огня. – А что, она все так же краснеет по пустякам?

Усаги хихикнула.

– Ага. От любого замечания… или комплимента.