Один вздох до рассвета

Она стояла в проеме полуразрушенной арки, и волосы даже в дыму пожарища казались покрывалом из солнца. И странно – она улыбалась.

– Ты меня ищешь? – Она спрыгивает со стены, подходит ближе. В руке – тонкий, хрустально поблескивающий клинок. Меч Предводительницы.

Но никакое оружие не спасет ее. Он намного сильнее, и они оба знают это.

– Я пришел за тобой.

– Зачем? – ее голос совершенно невозмутим.

– Ты принадлежишь мне.

Она подходит совсем близко, так, что он может видеть каждую ресницу на ее глазах. Очень грустных.

Очень спокойных. И это – спокойствие близкой смерти.

Их взгляд неожиданно вонзается ему в сердце раскаленным лучом, жжет до боли.

– Мне очень жаль, мой воин, – ее голос нежен и печален. – Мне очень жаль, но здесь нет больше ничего, что принадлежало бы тебе.

– Ты принесла мне клятву.

Она грустно улыбается и качает головой.

– Не тебе. Того, кому я клялась быть верной навеки, больше не существует. А у того, кто стоит сейчас передо мной, нет на меня никаких прав.

– У меня есть право, воительница Венеры.

Это право силы.

Ни тени страха не отражается в отрешенно-ясных глазах.

– Я не пойду за тобой во тьму. Ни живая, ни мертвая. И тебе меня не заставить.

Он обнажает меч.

– Что ж. Я предлагал тебе жизнь, но ты сама сделала свой выбор.

Снова мимолетная улыбка.

– О нет, мой воин. Это ты сделал свой выбор. Теперь наши пути лежат порознь.

Она поднимает свой клинок, плашмя касается лезвием лба в древнем воинском приветствии, затем опускает его и ждет.

Он заносит меч, она легко ловит удар.

Безумные вопли битвы неожиданно уходят куда-то вдаль. Две серебряные молнии бесшумно танцуют в сполохах дымного пламени. Лишь тонкий музыкальный звон парит в тишине. Длинные волосы взмывают в воздух, как золотые крылья. Лента из красного шелка струится по ним, как кровоподтек.

Она очень умелый воин. Но каждый раз, когда отточенное полупрозрачное лезвие готово нанести ему рану, она отклоняет его так, что сталь проходит в миллиметре от кожи. Она не хочет убивать его… или не может?

Он не будет таким же глупцом.

С резким рыдающим звоном клинки сталкиваются друг с другом. Они замирают с мечами, устремленными друг на друга так, что их острия упираются каждому в грудь. Любое движение – и смерть настигнет обоих.

Она грустно улыбается.

– И кто же будет считаться победителем, мой воин?

– Тот, кто первым нанесет удар.

Ее улыбка становится нежной. Она делает неуловимое движение кистью, и ее меч со звоном ударяется о камни под ногами.