Один вздох до рассвета

И потом – именно потому, что вы были в плену у Тьмы, – она подчеркнула эти слова, – именно поэтому вы никогда больше не поддадитесь ей. Разве не так?

Четыре пары глаз полыхнули молчаливой яростью обнаженного клинка.

– Так, – со странной жесткостью сказал Зой. – Никогда больше. Лучше смерть.

– Лучше – жизнь, – тихо сказала Хотару.

Все помолчали. Слишком много воспоминаний витало вокруг. Слишком много похороненных надежд, которые вдруг ожили.

– Итак, – заговорила наконец Сецуна. – Вы идете? Я открываю Врата.

Нефрит поднял голову, вынырнув из раздумий.

– Это будет нелегко, – медленно сказал он. – Встретить прошлое лицом к лицу.

– Заслужить место в настоящем, – добавил Джедайт. – И завоевать будущее. Да, это будет нелегко…

– Но когда это нас останавливало?.. – на бледном лице Зоя мелькнула тень прежней бесшабашной усмешки.

Кунсайт открыл потемневшие глаза.

– Каковы будут условия, леди? – ровным голосом спросил он.

– Условия? – подняла бровь Сецуна.

– Я знаю Хроноса, – Первый Лорд невесело усмехнулся.

– Он никогда ничего не делает просто из милосердия. Так каковы его условия?

Воительница Времени вздохнула.

– Оно только одно. Все, что вы сейчас вспомнили, навсегда останется с вами. Каждая минута, каждый вздох. Каждый крик. Каждая капля крови. Звуки. Запахи. Боль. Вы будете помнить это всегда – так, будто это случилось вчера. Вот условия Хроноса.

Молчание было свинцово-тяжелым, как плита могильного склепа. Суровое. Ледяное.

– Это справедливо, – Кунсайт склонил голову.

– Я и сам не позволил бы себе больше ничего забыть. Ни единой секунды.

Остальные трое согласно кивнули.

– Мы принимаем это, – сказал Джедайт.

– Будет больно, – сочувственно произнесла Хотару.

– Не огорчайтесь за нас, моя маленькая леди, – мягко улыбнулся Нефрит. – Боль лучше забвения. Это мы теперь точно знаем. И потом – это ничтожно малая цена за надежду.

– И мы с радостью заплатим ее, – кивнул Зой. Его губы уже почти не дрожали, но в глазах еще застыли темные тени.

Воительница Времени молча подошла к Вратам и легко ударила жезлом по створкам.

Раздался гулкий золотистый звон, и из внезапно распахнувшегося проема хлынул поток теплого медового света.

– Идите, – она улыбнулась. – Иллюзион ждет. Оттуда вы вернетесь домой.

– Спасибо вам, леди, – Нефрит поклонился, говоря за всех. – Мы никогда не забудем того, что вы для нас сделали.

– Каждый из нас сделал бы то же для остальных, – тихо ответила Хотару. – И вы знаете это. Благодарить незачем.