Зверь и я

Она крушила их дом, а он терпел. Обзывала книжным червем, а он только улыбался в ответ. Обещала сжечь библиотеку, где частенько пропадал Димитар, но выбрала спальню рядом с ней, чтобы быть рядом. Осыпала проклятиями, и сама носила ему еду, если он о ней забывал напрочь, увлеченный работой, вырывая подносы у запуганных своей же хозяйкой кухарок. Слишком много времени она потеряла, чтобы понять, что ни с кем не была так счастлива. А когда сказала ему, что любит, он ответил, что всегда это знал.

***

Гул сотни оборотней наполнял большой зал, доставая, кажется, до самых каменных сводов.

Здесь были представители всех кланов, в том числе и делегация ужасных волков, которые единственные сейчас не вмешивались в перепалку.

А обсудить оборотням и правда было что. Хотел того Тодор или нет, но ему удалось войти в историю, как единственному альфе, покинувшему свой трон добровольно. В зал вошла Ивет с небольшой свитой из тундровых волков, она прошла в самый центр и остановилась только у возвышения.

Она обвела сборище оборотней взглядом и невольно толпа замолчала, подчиняясь немому приказу.

— Что все это значит? — не выдержал высокий мужчина с копной рыжих волос, первым бросаясь на амбразуру. Впрочем, ничего другого от брата Бану Ивет и не ждала, наверное, глупость у них наследственная.

Выкрик предводителя гривистых волков поддержали еще несколько голосов, и вся толпа уставилась на старуху в ожидании ответа.

— Тодор отказался от власти, которую завоевал по праву сильнейшего, и передал ее Захари, наследнику, которому она принадлежит по праву рождения, — громко произнесла оборотница, поднимаясь на возвышение и оттуда оглядывая собравшихся оборотней.

— Это немыслимо! Мы имеем право оспорить его кандидатуру! — раздался голос из толпы.

— Конечно, имеете, вот только придется потерпеть. Или ты хочешь победить ребенка и гордиться этим? — голос Ивет сочился сарказмом, а одна бровь была приподнята. Она пыталась выискать в толпе этого храбреца.

— Если он претендует на трон альфы, то не такой он и ребенок, — вышел вперед статный брюнет, глава клана флоридских волков.

Стоящие неподалеку красные волки молчали и только с интересом поглядывали на говорящих.

— Как бы то ни было, до совершеннолетия он будет неприкосновенен. Я лично позаботилась об этом, — последнее предложение она нарочно выделила голосом.

— Жалкий щенок не будет править нами! — прорычал брюнет.

— Не будет, — легко согласилась Ивет. — В этом ему поможет регент.