Зверь и я

Лишь оказавшись в большом зале этого готического мрачного замка, я впервые оказалась перед лицом неизвестности, не зная, чего ждать от завтра. Наверное, нам повезло, что мы угодили именно к нему, к Тодору. Возможно, другой альфа просто выкинул бы нас прочь, а не пытался бы решить наши проблемы и помочь. Как говорится, спасение утопающих — дело рук самих утопающих. А он взвалил эту ношу на себя, хотя никто не просил его об этом. Только благодаря ему это не худший день, худший, наверное, впереди.

Это будет тот день, когда мне придется расстаться с человеком, от которого сердце начинает биться чаще.

Но разве можно это ему показать? Из моих размышлений меня вывел глухой стук удара. Каким же было мое удивление, когда, распахнув глаза, я увидела, что это Тодор упал на ковер перед моими ногами. Из носа у мужчины текла алая струйка крови, а я сжимала в руках кристалл.

Господи, неужели он видел ВСЕ?

Девушки удивленно таращились на лежащего на ковре альфу, недоумевая что такого могла им показать обычная человечка.

Лишь повидавшая много чего на свете Ивет тихо прыснула со смеху в кулачок. Можно ли хоть чем-то удивить эту женщину?

— Так, девушки подъем и на выход, — скомандовала она. — Не мне вас учить, как сильно мужчины не любят выглядеть слабыми. Так что, когда он очнется, будет лучше, если нас уже тут не будет.

Изумленные девушки не сказали и слова против, нестройной вереницей потянулись на выход, и я вместе с ними. Но почти у дверей меня остановила старушка.

— Нет, милочка, ты его вырубила, ты его в чувства и приводи! — закрыла Ивет перед моим носом дубовую дверь.

Потоптавшись у двери, неуверенно оглянулась назад. И что же мне делать?

Первым делом взяла небольшую диванную подушечку. До дивана мне его точно не дотащить, а так может хоть будет лежать с комфортом. Но и это оказалась тяжелой задачей — он же тяжелый как… да как волк. Чуть сама рядом не упала, пока его переложила. Затем решила, что стоит проверить пульс, слишком уж он неподвижно лежал, а это очень пугало.

Аккуратно склонившись над ним, расстегнула пару верхних пуговок его белоснежной рубашки. Я поняла, что перестаралась, когда стали видны белесые полоски шрамов, притягивающие мой взгляд. Тихонько склонилась над ним, дотронулась пальцами до его сонной артерии на шее и начала считать. А потом ещё раз — надо же себя перепроверить, а потом ещё раз, потому что кажется ошиблась.