Хозяин Колдовского Двора

Какая-то разумная часть очень удивилась тому, что он по-прежнему крепко прижимает ее к себе обеими руками и не торопится отпускать. Неразумная часть была ему за это очень благодарна, не только потому, что подобная близость отлично препятствовала падению вниз, но и потому, что не держи он вот так, Кайла бы уже валялась на полу без чувств. Именно ураган напугал ее до неистовой нервной дрожи. Скорее всего потому, что он оказался очень близко.

Эсанж спас ее. Лекарь с недоумением посмотрела на собственные руки, которые все еще судорожно цеплялись за Хозяина Двора.

Держалась она крепко, судя по тому, что на его коже остались следы от ее ногтей. Ей тут же стало стыдно, и она разжала пальцы.

Эсанж ничему не придал значения. Он лишь повел плечами и стянул с себя изрезанную осколками рубашку. Лекаря он прижимать к себе перестал, но крепко схватил ее за руку, после чего повернулся спиной и тоже посмотрел вниз. Кайла сдавленно охнула, и ему, не глядя, пришлось ее одернуть, потому что лекарь вознамерилась если и не упасть в обморок, то поддаться слабости и сползти на пол на подкосившихся ногах.

Сам он с трудом представлял, как именно выглядит его спина, но это меньшее, о чем сейчас стоило волноваться.

Кайла нервно вгрызлась зубами в пальцы, сжатые в кулак. Хотелось зареветь. Это из-за нее он так пострадал, из-за нее он изрезан и исполосован на лоскуты, и кровь безостановочно течет из сотен мелких страшных ран. Хотелось прикоснуться и избавить хотя бы от части боли, но она боялась.

Лекарь вдруг испугалась, что одно лишь касание ее руки его взбесит, и он сбросит ее прямо вниз, потому что никому не нужна эта запоздалая забота. Если бы он не был вынужден ее защищать, то, может быть, отделался лишь парой царапин.

В вихрь бестолковых размышлений вклинилась еще одна мысль, порожденная странным зрелищем. Хозяин Двора самостоятельно справлялся со своими увечьями. В местах порезов можно было разглядеть переливающиеся чешуйки, они волнами проходили по ранам, и те исчезали вместе с ними.

Это было так необычно, что Кайла не удержалась, провела пальчиками по теплой коже, желая убедиться на ощупь, что порезов больше не осталось.

— Лекарь, — буркнул Эсанж недовольно, перехватывая и вторую руку Кайлы.

Он снова оказался повернут к ней лицом и мог с удовольствием лицезреть заалевшие щеки этой особы. Хоть что-то приятное в этом бардаке.

— Мы сейчас прыгнем, — шепнул он ей.