Скелеты в королевских шкафах

Думала, у него только защитные свойства, да и те не совсем полные: ношение этого украшения не мешало регулярно разбивать коленки и получать синяки, оно срабатывало только при очень сильной угрозе.

— Инорита Уэрси, — улыбнулся лорд Эшью, — пожалуйста, удовлетворите любопытство мужской части группы — снимите артефакт.

— Мне очень жаль, но ваше любопытство останется неудовлетворенным, — холодно ответила я. Не говорить же, что я понятия не имею, как его снимать. Что бы такое придумать поубедительней? — И потом, вы уверены, что Его Высочество имел в виду не леди Рион?

А что, за свои нападки надо отвечать! Хохоток за спиной показал, что это предположение все же ошибочно и принц жаждет видеть без артефакта отнюдь не мою противницу.

— Инорита, не надо стесняться, артефакты такого рода очень редко встречаются, — воодушевился преподаватель, даже не обратив внимания на мое предложение, — этот образец магического искусства крайне сложен и дорог в изготовлении, берутся за них лишь немногие очень сильные маги, и увидеть его действие, да еще и на наших занятиях, — просто бесценно.

— Видите ли, лорд Эшью, мною дан обет, который я не вправе нарушить. Но я уверена, что леди Рион будет к вам более благосклонна и покажет работу своего артефакта. Я так понимаю, что ее артефакт не сильно отличается от моего.

Я с вежливой улыбкой повернулась в сторону Рион, вопросительно подняв бровь. Леди напоминала жабу, собирающуюся лопнуть от злости, и явно ничего демонстрировать не собиралась.

Принцесса Олирия, сидевшая рядом с ней, прикусила губку, чтобы не рассмеяться, и внимательно изучала соседку, пытаясь определить, что же та корректирует. Задача чрезвычайно сложная, так как, на посторонний взгляд, единственная привлекательная черта леди даже под действием такого сложного магического устройства — ее голос. Окончание занятия обрадовало нас обеих: мне не хотелось обсуждения моего артефакта, Дарме — ее внешности. Мы обе надеялись, что эта тема больше не поднимется.

— Инорита Лиара, а какого рода обет вами дан?

Да, надежда умирает последней, все-таки принц Олин чересчур любопытен.

— Ваше Высочество, я сниму медальон только перед будущим мужем. В день перед свадьбой.

— Не боитесь, что он не выдержит свалившегося на него счастья?

— Не думаю, что моя внешность настолько кардинально изменится, что вызовет у жениха шок, — сухо улыбнулась я.