Обреченные

Когда, казалось, все кончено, монстра захлестнула огромная волна, закружила, как утлую барку в шторм, и ударила о стену ближайшего дома, чудом не пробив кладку.

Фретерико кинулся к твари. Человеку такого удара хватило бы, чтобы расстаться с жизнью или впасть в глубокое забытье. Хищника тоже оглушило бы, а вот обреченный мог оправиться очень быстро.

…В себя он пришел от окрика Райта, побледневшего, пошатывавшегося, пребывавшего на грани ужаса и отвращения, но наблюдавшего за тем, как Фретерико перерубает монстру позвоночник.

— Разделка туш: быстро и с гарантией!

«Пожалуй, хохмить не стоило, да и шутка оказалась неуместной», — решил Фретерико.

Райта словно смыло второй волной: к стене расставаться с тем, что осталось в животе с утра, и изрядно приправлять сверху желчью.

— Ладно-ладно, малыш, извини, — продолжая свое неблагодарное занятие, сказал Фретерико. — Иначе ж никак, по-другому обреченного не убить. Умираем мы, только получив… кхм… слишком тяжелые увечья. Марго вот — да.

— И со мной также?.. — прохрипел Райт.

— Наверное. По идее, ты уже один из нас, — Фретерико закончил, обтер лезвие платком и кинул его тут же. Оставлять подобные «улики» он не боялся, имея при себе огненный артефакт.

Очень скоро тело монстра запылало ярким пламенем. Фретерико обернулся на женщину — той и след простыл.

«Туда и дорога!» — Фретерико не терпел людей, примерявших на себя роли вечных жертв и ожидавших спасения, ничего не предпринимая.

Все равно, касалось ли дело нападения, жизненных неурядиц, ссор или безденежья, они ждали, а иногда и требовали помощи. Этакие несчастные невинности, а попробуй не оценить их беды — глотку перегрызут.

Впрочем, его снова понесло не туда: неправильно мерить по себе чужой страх. Фретерико на своем веку нагляделся на всякое, а нормальный человек не верит в монстров в принципе. И в обморок грохнуться, и в оцепенение впасть — привычная реакция, даже не особенно зависящая от характера: тут тело берет управление на себя и заранее не понять, как станет действовать.

— Ну ты как? Живой-здоровый?

Райт откашлялся.

— Да, — проговорил он расстроенно. — Извините, регги.

— Вот уж действительно не за что.

— А я… — он сглотнул и скривился.

«Воды бы ему — прополоскать рот, умыться, попить — но чего нет, того нет, — подумал Фретерико. — Слишком много сил я отдал, опасно».

— Я могу в такое превратиться?

— Нет, малыш.