Обреченные

Так в распоряжении Фретерико и его спутницы оказались пять комнат, просторная обеденная зала, кухня и роскошный подвал. Еще — сад. Редких растений в нем, конечно, не водилось, но Фретерико он нравился все равно. Давно ему не дышалось так глубоко и свободно, сидя на поваленном стволе дерева возле пруда с на удивление темной водой, слушая журчание впадающего в него ручейка и пение птиц.

К сожалению, хозяин оказался словоохотлив и прекраснодушен, а возможно, хвастуном, каких поискать. Потому, пока они еще оставались в городе, пришлось отразить атаку незнакомцев, желающих наняться к ним на работу.

Счастливый арендодатель раструбил о простаках, собравшихся в Медриц, всем и каждому в округе. Жизнь в городе — не сахар для деревенских, и вернуться обратно в родную глушь да не просто так, а в качестве прислуги далеко небедных господ (как они полагали, семейной пары, жаждущей плодиться и размножаться на свежем воздухе) хотели бы многие.

Фретерико пришедшие без приглашения наймиты изрядно попортили кровь.

Он терпеть не мог тех, кто принимался плакать, рассказывая о невзгодах, и вымаливать подачки, услышав отказ. Марго же развлеклась от души: особенно издевалась над самозванными няньками, заранее готовыми устроиться в их «семью», помогать «будущей счастливой мамочке» и, если нужно, консультировать и держать свечу в процессе зачатия. К счастью, задерживаться в городе они не стали.

— Люди горазды ломать судьбы и изменять предначертанное. Как у себя, так и у других, — заметила Марго.

— Но пока ни одному обреченному не удавалось избежать гибели.

— Или мы просто не знаем об этом.

— Можно отсрочить, — ответила она. — Избежать нельзя. Впрочем, все когда-нибудь случается впервые.

Марго сидела в кресле. Это стало заметно, когда с подлокотника поднялась изящная рука, помахала в воздухе длинными аккуратными пальцами, привлекая внимание, и опустилась обратно. Вот тогда-то Фретерико и разглядел ее, до этого – словно говорил с пустым пространством.

Свет фонаря над входом с улицы, проникавший в комнату через щель в занавесках, подсвечивал чуть курносый профиль, точеную аккуратную фигурку, волосы, остриженные столь коротко, что не достигали плеч. Прическу, которую и в голову не пришло бы делать здешним представительницам высшего и прочего общества, Марго носила, словно королева венец. Красивая, независимая, живущая так, как ей удобно, без оглядки на людей и существ.

— Да уж… — протянул Фретерико.