Оковы

Ты потерял много магии, там… в городе. Я чувствую, что ты отдал ее всю, ты почти мертв. Это мука для тебя. Здесь ты страдаешь. Не хочешь ли ты вернуться туда, откуда пришел? Это тело мучает тебя, а связь со мной убивает.

Он повернул голову и посмотрел на девушку. Его глаза потускнели, лишь в глубине горел мрачный огонь.

– Я пробовал ради твоей жизни. Разве ты не поняла? Я хотел сохранить тебя, чтобы твоими глазами видеть мир. Но не помогло. И вот я снова жив. В мире Авлоны. Только твоя смерть освободит меня от этого смрадного костюма.

И твоя же смерть заточит меня навсегда. Я не хочу обратно. Никогда.

Он повернулся на спину и уставился в белый потолок который делила деревянная балка. Балка уходила куда-то вглубь каменной стены.

– Все сотни лет что я был там… это вечная смерть. Быть в пустоте – нет ничего хуже.

Сейчас я отлучен от своей сути. Но я живее, чем был последнюю тысячу лет.

Он отвернулся и закутался в одеяло.

Мираэль сидела на краю кровати и ждала что он продолжит говорить.

Нелегко говорить о сокровенном.

Он будет ненавидеть себя за минутную слабость. А еще больше будет ненавидеть её – за то, что она стала ее свидетелем.

В этом она не сомневалась.

***

Айеггори создавал ощущение если не захолустного местечка, то тихого городка где что-то случается раз в сто лет. Этот город не подозревал и никогда так и не узнал, что событие воплотилось в молодую пару красивых людей, сошедших на землю из почтовой кареты. Девушка с темными волосами, отливающими темной почти красной медью на солнце, выглядела растерянной, а молодой мужчина неземной красоты невероятно уставшим.

Молодые люди не вызывали подозрений горожан, кроме почти полного отсутствия вещей.

Мужчина подошел к торговке, разложившей овощи неподалеку от почты, и холодным голосом расспросил о докторе.

«Да, доктор не выезжал последние дни к больным. Он большую часть времени проводит в своем прекрасном белом доме, стоящим чуть поодаль от города. Доктор полюбил уединение и занялся садом, так что вам не стоит его беспокоить по пустякам… этого он больше не любит…».

Орманг нахмурился и сделал жест, который призывал женщину замолчать. Мираэль скомкано поблагодарила торговку на своем дурном арлисском и пошла за Ормангом, который не смотрел идет ли она за ним.

Они решили идти пешком. Погода была не жаркой – после тряски почтовой кареты им хотелось пройтись.

Дорога заняла немного времени. Вскоре среди редких деревьев показался белый дом в два этажа с колоннами.

Мираэль чуть замедлила шаг.