На пределе

Попыталась заговорить с Верховным о тревогах, что не отпускали после разговора с Квинтом. Ведь не заслужила я Высшее Посвящение, потому что нечего не умею! Меня тревожил вопрос - зачем мне его дали?

Старец, как всегда, оказался не в духе и разговаривать со мной не стал.

- Вот и научишься, - пробурчал он. - Раскрой свои уши, старайся и запоминай, а то стоишь, пень пнем!

Я усмехнулась. Так меня еще никто не называл – королеву бригантов-то! - зато сразу взбодрилась.

Первый урок затянулся до рассвета.

Меня учили слушать деревья, траву и ветер, чувствовать голос земли. Я с трудом старалась не зевать и выполнить все, что от меня требовали. Повторяла вслух молитвы, участвовала в странных ритуалах, открывала сердце шепоту листвы, ловила ветер, обнималась с деревьями, признаваясь им в любви. При этом старалась не заснуть во время очередных объятий и не сильно коситься на пролетающего над нами черной тенью дракона.

Его видела не только я. Верховный, потрясая посохом, выкрикнул несколько проклятий в звездное небо, затем забормотал ругательства, обзывая легата «летающим пнем» за то, что он отвлекает королеву от занятий.

Наконец, замученную меня Ангус практически дотащил на себе до дома старейшины. Когда я заходила в свою комнату, увидела Квинта, беседующего с Верховным. Голоса у обоих были недовольными. Мне так хотелось спать, что решила не углубляться в суть разборок.Упала в кровать. Только успела закрыть глаза, почувствовав, как ресницы коснулись щек, как настало время вставать.

С трудом открыла глаза новому дню, который обещал быть непростым - через несколько часов мы въезжали на земли коритан.

У самой границы нас встретил Вентурий с дружиной. На этот раз король был одет в парадную одежду, на которую накинул все ту же любимую медвежью шкуру. Мощную шею мужчины украшал массивный золотой торк, еще более массивный, чем он носил, когда гостил на землях бригантов. Король, в окружении здоровенных воинов впечатление производил внушительное.

Но не на меня!

Помня о его поцелуе, старалась держаться от Вентурия подальше. С лошади снимать себя не позволила, дружеские объятия проигнорировала. Поздоровалась вежливо и холодно, примерно так же, как и с эскарийским легатом на перепутье у Инсурима.

Куда там, этого вежливостью не проймешь! Уставился на меня улыбкой победителя, словно только что с прохладным приветствием дала согласие выйти замуж.