На пределе

Срочно! Быть может, перебираться в дом Квинта в Лондиниуме, чтобы завтра, закупив хлеб в дорогу, отправиться домой? Муж cказал, что предупредил о моем существовании домашнюю челядь и рабов.

Его дом – мой дом…

Не знаю, не знаю как быть!

Растерянно уставилась в распахнутое окно. Рассматривала далекие холмы, поросшие лесом, виднеющиеся за крепостной стеной. Дождь закончился так же внезапно, как и начался. Ветер разогнал тучи, принес с собой влажный запах соснового бора. Выглянуло солнце. Мне вновь показалось, что я слышу голоса природы.

Они говорили со мной, шептали о том, что слишком уж многое пошло неправильно на просторах Альбиона. Но я все еще могу это исправить. Все, что мне надо - лишь довериться…

Довериться Богам, довериться своей земле.

Потрясла головой. Какой же бред в нее иногда лезет! Тут подошла Мара, уткнулась головой в подол моего платья в цвет мокрой от июньского дождя травы. Я обняла ее, погладила по пушистым черным волосам.

- Позволь спеть для тебя, мамочка! – попросила девочка.

Затем я слушала песню далеких степей на языке, которого не знала, и внутри меня крепла уверенность в том, что я собираюсь сделать. Правда, Квинт меня убьет! Вернется и откусит голову. Или же окатит ледяным презрением. Я пока еще не знала, что хуже, но подозревала, что второе.

Вздохнув, начала приказывать:

- Бретта, мы остаемся еще на одну ночь, так что вещи пока не складывай. Позовите Ангуса. Не знаю где он!.. Быть может, он во дворе, так что кликните.

Прасург, я участвую в гонках! Не смотри на меня диким зверем. Так надо, поверь! Знаю, ты обещал моему мужу… Да, да! Я тоже много чего ему пообещала, но мы начнем выполнять это завтра. А сейчас прикажи подготовить мою эсседу. Пусть к ней никого не подпускают, охраняют всю ночь напролет. Ангус, доброго тебе здоровья! – повернулась к вошедшнему друиду. - Присмотри за Беляночками, чтобы к завтрашнему утру у них было такое же отменное здоровье, как и у тебя. Я хочу, чтобы они всех порвали на гоночном круге. И никому, никому кроме себя не позволяй их кормить!

А то мало ли, еще отравят!

Все! Захватила охрану, пораженную всплеском моей активности, и отправилась к Публию.

- Насколько богата твоя семья, Наместник? – спросила у него.

Мой вопрос вызвал игру эмоций на его лице. Торжествующая улыбка с легкостью победила недоумение.

- Крайне богата, Аэлика! - отозвался он. Мне показалось, что еще немного, и он замурлыкает как Гораций.