Лилии на ветру

На переднем плане — два танцора, играя мускулами обнаженных торсов, скрестили световые мечи.

Музыканты, терзая инструменты, вводили зрителей в транс своей энергетикой, магией исполнения брали в плен, чтобы подарить ощущение реальности происходящего.

Макс в черном на красной подкладке плаще низким ровным голосом пел о своей любви к прекрасной девушке. Тем временем очнувшаяся Нора обнаружила себя на алтаре, связанной, и попыталась вырваться из пут. Она билась, звала на помощь, умоляла молчаливых людей отпустить ее.

Напрасно. Фигуры в белом, взяв факелы, закружили возле жертвы, монотонно напевая: «Смирись, смирись, смирись… Никто не придет, никто не спасет тебя, ведьма!»

Лиля почувствовала, как от волнения пересохло во рту. Она знала и эту историю, воплощенную в песне «Падшими». Страшная сказочка, которой по ночам пугали непослушных ведьмочек, на самом деле произошла в Германии в XVII веке. Юная красавица-ведунья не могла выбрать между вампиром и оборотнем и безжалостно заявила, что останется с тем, кто выживет после поединка.

Пока соперники выясняли отношения, девушку схватила инквизиция.

Партии Эрика предшествовал волчий вой. У Лили волосы стали дыбом — так похоже вышло на настоящего оборотня.

Из темноты без гитары, но с черной шкурой на плечах выступил Эрик.

Тем временем, пока на авансцене рубились на мечах, сектанты тоже не бездействовали. Из круга танцующих с факелами вышел высокий мужчина, поднялся по ступенькам алтаря и молитвенно сложил руки над бьющейся в истерике ведьмой.

В музыкальное сопровождение вплелись торжественные звуки органа. Люди в балахонах экстатически завыли: «Ave, ave, ave… Ave!»

Истребитель ведьм окончил молитву и вынул из складок одежды кинжал. Занес над беспомощной жертвой…

Невидимая в темноте соседка Лили вовсю вытирала слезы. Она и сама, ясно понимая, что это представление и талантливая актерская игра, чувствовала, как комок подступает к горлу.

Сектант замахнулся…

Музыка резко смолкла. Тишину разорвал девичий крик.

Люди в балахонах синхронно сомкнули круг и поднесли факелы к алтарю.

Пламя, гудя, взмыло вверх.

Вот тут не сдержалась и Лиля. Испуганно схватившись за сердце, она привстала, чтобы убедиться, что музыканты все-таки не сожгли свою солистку. Запах дыма, щекочущий ноздри, уверял в обратном…

Без музыки гроулинг Алекса был подобен взорвавшейся бомбе:

Пока вы тешили гордость свою, она умерла.

Свидетели боли ее — молчаливые звезды, ледяная луна…

Занавес поспешно опустился.