Любовь на крови

Испортит она мне все, ох, чувствую, испортит, – вздыхал он.

В таверну «Три корабля» парень заходил еще утром, надеялся застать там девушку. Но не застал. Идуна никогда не сидела на месте. Оставалось надеяться, что ближе к ночи она явится в укрытие, если не стала жертвой вампиров.

Когда парень добрался до нужного места, улицы Бравиля уже почти опустели. Все разбежались по укромным местам. В таверне было немноголюдно. Не заметить высокую, белокурую девушку среди пары пьянчужек было бы затруднительно.

Оубэ подошел к трактирщику.

– Стакан хереса, – сделал он заказ.

Когда чернявый детина в грязном переднике налил ему выпивку, Оубэ спросил:

– Идуна не появлялась?

Трактирщик непонимающе вскинул бровь.

– Девушка, блондинка, с татуировками на теле. Я утром про нее спрашивал.

– А, эта, – вспомнил мужик. – Не, не приходила. Но вещи ее в одной из комнат. Ключ она так и не сдала.

Оубэ кивнул и принялся ждать. Он выпил бокал хереса, потом заказал еще. Прокрутил в памяти весь ужин: как приятные его моменты, так и не очень.

Потом подумал, что скажет Идуне.

С этим была загвоздка. Он категорически не хотел с ней разговаривать, но и пускать ее приезд на самотек тоже не мог. Не та она была девушка, которую можно было проигнорировать. Даже здесь, на чужой земле, она оставалась дочерью конунга – знатной, благородной воительницей. С такой шутки плохи.

Когда за окном совсем стемнело, Оубэ уж было подумал, что его проблема разрешилась сама собой.

– Не придет она, – озвучил его мысль трактирщик. – Сожрал, небось, кровосос.

В такую темень и кабальеро на улице не показываются, а уж девчонке…

Не успел он договорить, как двери таверны открылись, и на пороге появилась северянка.

У Оубэ внутри все так и оборвалось. Он смерил ее высокую фигуру придирчивым взглядом и поморщился.

Как он мог быть в нее влюблен? Грубоватая, резкая, со спутанными косами. Нет, в родном краю она сияла звездой. Там амплуа воительницы было в моде. Но здесь, среди жгучих брюнеток с озорными глазищами и пылким нравом Идуна казалась бледной молью.

Теперь, глядя на мужицкий наряд и скабрезную ухмылочку, которой она его встретила, Оубэ разделял мнение Пипо.

«А ведь я соперничал за ее сердце с самим Бьерком. Буквально из постели его вытащил эту красотку. Наверное, меня пленил тогда ее титул. Не иначе», – размышлял он, натягивая улыбку.

– Оубэ, любовь моя, – поприветствовала его Идуна, разведя в стороны руки.

Оубэ поднялся со своего места. Обнял ее. Идуна притянула его к себе и хотела поцеловать.