Таинственный сосед

А Кристиан посмотрел ей в глаза очень спокойно и по-прежнему не убирал руку с талии.

— Должен был.

Эрис неверяще повернула голову и внимательнее рассмотрела рисунок круга и символов, которые темнели внутри пентаграммы. Багровые с ярко-красными вкраплениями. На серой плитке они казались больше краской, чем кровью.

— Вы чернокнижник? — сипло спросила Эрис, это они рисуют пентаграммы кровью.

— Чернокнижник, — подтвердил он, чуть склоняясь к ней. — А что здесь делаете вы? В моей ловушке?

— Я хотела помочь, вы стонали… Я не думала, что вы сделали круг кровью.

— А что вы думали? — Он склонился еще ниже, и теперь его дыхание щекотало щеку. Его черные волосы упали, отрезая свет, падавший из окон, и создавая ощущение еще большей интимности. Теперь их лица находились будто в полумраке.

— Что вам плохо. Что вы, может быть, провели ритуал вызова духа, как некромант, и вам стало дурно. Нам об этом немного рассказывали на курсах.

— Мне и было плохо. Чтобы карг зашел в круг, нужно хорошо прикинуться человеком, который потратил много сил и крови на ритуал, — прошептал он.

— Вы приносили себя в жертву? — поразилась Эрис, пытаясь отвлечься от двусмысленной позы и будоражащего шепота у своего уха.

— Нет, я поставил ловушку. Но в нее забрел не карг, а вы.

Они встретились взглядами.

— Вас печалит, что вместо существа с узловатыми руками и щупальцами здесь появилась я? — тихо уточнила Эри.

Кристиан не ответил, только склонился ниже. Будто даже к ее губам.

— В другой ситуации я был бы рад видеть вас у себя в гостях.

Но не сегодня, — ответил он. — Не шевелитесь, пожалуйста, и не кричите. Чем дольше вы здесь сидите, тем больше колдовских пут падает на вас.

И она осталась сидеть с неестественно ровной спиной, почти прижавшись к Кристиану.

— У вас холодные руки, — прошептала она, чувствуя через ткань рубашки холод пальцев соседа.

— Видимо, я довольно долго здесь лежал, — пояснил он, поднимая другую руку и касаясь ее лба.

— Сколько?

— С полуночи, — ответил он и начал неторопливо чертить прохладными пальцами знаки на лбу и щеках Эрис, скользя ниже к шее.

Чуть задевая ключицы в вырезе рубашки. За пальцами будто тянулись дорожки, вызывая оторопь.

— Вы рисуете кровью? — чтобы отвлечься, спросила она. Ее мысли метались, не зная, на чем остановиться. То ли на том, что до нее дотрагивается мужчина, то ли на том, что вслед за знаками на коже ее опутывает колдовство.

— Нет, — ответил Кристиан.