Закатная звезда Мирквуда

Вот только тот редко разговаривал с ним. Лес скучал без внимания Трандуила. 

Всё чаще взор короля был направлен в прошлое. Уставший один за другим стойко выносить удары настоящего, он тонул в воспоминаниях. Сладостной отравой они манили его, усыпляя бдительность, заставляя забыть о хлопотах и заботах. Там, в лабиринте его памяти, можно было бродить часами. Там были все те, кого он не хотел терять. Порой, ему начинало казаться, что его место было среди них. 

— Mellonamin, ты меня не слушаешь, — недовольный голос с трудом пробился через плотный дурман.

 

Легандир поначалу не придал особого значения отстраненному виду друга. Он привык, что тот часто обдумывает несколько вопросов сразу. Но когда Трандуил перестал реагировать на его присутствие, советник забеспокоился. Подойдя на пару шагов ближе, он заглянул в глаза тауру и тут же отвел взгляд. Ледяная безжизненная пустошь царила по ту сторону. Гиблое место, в котором царствует пронизывающий до костей холод. Пустота, в которой так легко потерять себя и сойти с ума.

 

— Твоя задумчивость пугает меня, — взволнованно признал Легандир, сворачивая пергамент с приказом. 

Наблюдая за тем, как старый друг пытается скрыть, насколько сильна его тревога за обыденными движениями, Трандуил улыбнулся. Приятно было знать, что оставались ещё те, для кого он являлся куда больше, чем королем, чью волю следует неукоснительно выполнять. Протянув руку, он опустил её на плечо Легандира. 

— Если ты думаешь, что я истаю или отправлюсь в последнее плавание, то ошибаешься, — мягкая улыбка изогнула губы.

 

— Главное, чтобы тебе хватило сил противостоять той тьме, что вскоре станет у нашего порога, — испытывая неловкость из-за обнажившихся эмоций, советник вернулся было к деловому тону. Но, взглянув на эллона, с которым в далеком прошлом вместе вырос, он нашел в себе мужество признать привязанность к нему. — И всё же приятно знать, что ты помнишь, кем являешься. Без тебя в надвигающейся тьме мы все обречены.

— Помолчав с минуту, словно раздумываясь, стоит ли озвучивать оставшееся, он, забавно поморщился. — Ты знаешь, насколько я не люблю громких слов, Трандуил, но ты последний оплот, единственная защита для своего народа.

— Я должен дорожить настоящим и думать о будущем? — вскинул бровь тот. — Ещё напомни, что сыну я нужен здесь и сейчас, — усмехнувшись, он поднялся на ноги и подошел к самому краю небольшой площадки перед гротом на вершине дворца.