Многоликий Янус (часть 2)

Да что говорить! Я так спешил уехать из своего дома, где сам же и поселил эту мегеру — Аврору, что напрочь, забыл обо всем остальном!

Да, пожалуй, начну с паркетчика, а там посмотрим! Я и так понимал, что одним наездом в столицу не отделаюсь, вот начнем работу, а там и видно будет. Тем более что сейчас вовсю идет уборка зерна и все люди заняты на полях.

Я немного осадил коня и медленно поехал вдоль рядов работников. Да, разнорабочих выбирать надо по телосложению, чем крепче, тем лучше, и то не угадаешь, а мне нужен Мастер! Остановив коня напротив разношерстной толпы работяг, я крикнул:

— Паркетчики есть?

— Есть, барин! — тут же взметнулась одна рука.

Вслед за ней неуверенно поднялись еще четыре. Но я уже понял, что настоящий умелец среди них лишь один.

— Ты! — кивнул я на первого поднявшего руку. — Выйди.

Мужичок небольшого роста сделал шаг вперед. Одет он был чуть лучше других, рубаха, порты, онучи и лапти имели вид вполне целый, видимо, он неплохо зарабатывает своим умением.

Небольшого роста, жилистый и верткий, с копной торчащих из-под шапки, словно у трубочиста, черных волос и цепкими умными глазами, он непонятно чем, но сразу мне приглянулся.

— Учился где? Али так нахватался?

Неожиданно мужичонка вытащил из-за ворота рубахи тряпицу, в которую было что-то завернуто. Осторожно, даже трепетно развернув ее, он протянул мне исписанный лист бумаги, на коем было указано, что: «Сей отрок, Родионов Федор, был обучен паркетному делу у охтинского паркетных дел мастера, столяра Михайло Сухого.

Марта 18 дня 1767 года».

Я в удивлении вскинул голову. А мастер-то мне действительно достался стоящий! Обучился еще в отрочестве и сейчас, надо думать, мастер опытный. Решил, что беру!

— Как тебя зовут?

— Федором! И зовут, и кличут! — широко улыбнулся паркетчик.

— Ну что, Федор, пойдешь пол мостить в барском доме N-ского уезда? Работы много, но за месяц, думаю, управишься.

— А что не пойти? На то и стою тут, — ответил мастер, снимая шляпу.

Запоздало мелькнула мысль, что он это сделал не в начале разговора, а лишь в конце. Видимо, он изначально из вольных и непривычен спину перед барином гнуть. Ну и да ладно, наши крестьяне меня и отца тоже не за страх почитают, а потому как с добром к ним. Надеюсь, и с этим мастером сговоримся.

— Поедешь на телеге, — мотнул я головой себе за спину и тронул коня.

Федор шустро подбежал к груженой досками подводе и запрыгнул на облучок рядом с возницей.