Пароль: рододендрон

Пока есть хотя бы слабая надежда на то, что я передал ее тебе, или у тебя есть информация о ее местонахождении, они от тебя не отстанут. И поверь, они найдут способ, чтобы заставить тебя рассказать им все, что тебе известно, а когда закончат и поймут, что пошли по ложному следу, от тебя уже нечего будет собирать. — Я в ужасе сглотнула. — Я бегаю от них уже несколько месяцев и могу бегать еще долго, так что не думай, что я горю желанием повесить на себя обузу, которая будет мне только мешать. — Я возмущенно открыла рот, но тут же закрыла: а что тут скажешь? — Но я не настолько неблагодарный, чтобы бросить на верную смерть человека, который бескорыстно мне помог, видя в первый раз в жизни.

Поэтому ты прямо сейчас решаешь, доверяешь мне или нет.

Почему-то вспомнился фрагмент из мультфильма про Алладина, когда он, предлагая, принцессе прыгнуть с крыши, протягивает ей руку и спрашивает: «Ты мне доверяешь?» Вот только студия Диснея навряд ли стала бы рисовать их внутренности, размазанные по мостовой в случае неудачного прыжка.

А вот я, если сделаю неверный выбор, вполне реально могу поплатиться за это жизнью.

— Доверяю, — выдохнула я, чувствуя, что в этот момент совершила нечто непоправимое.

Алекс кивнул каким-то своим мыслям, забрал у меня тяжелую сумку, перекинул себе через плечо, а потом взял меня под руку и поволок за собой.

Из аэропорта выбрались без проблем. Видимо, преследователи действительно собирались «взять» меня или на посадке, или уже на борту. Но точно не планировали, что, купив билет, на рейс я не сяду.

Я действовала со свободой овцы на привязи. Сначала Алекс вел меня под руку, но когда убедился, что я не настолько умственно больная, чтобы пообещать пойти с ним, а потом решить сбежать, отпустил, и я послушно засеменила рядом.

Автомобиль он угнал с помощью своих странных способностей. Одно касание к дверце — и сигнализация снята. Скользящее движение по рулю — завелась.

А говорил, что не нарушал законов ни одного государства, подумала я, но благоразумно промолчала.

Может, и правда раньше не нарушал. Зачем ему понадобилась бы машина с его-то умением перемещаться?

Вид у Алекса был сосредоточенный, даже напряженный, со мной не разговаривал, вел машину молча. Я, конечно, не умею, как он, «считывать общий фон», но и так видела: злится. Уж не знаю, на меня ли, или на тех, кому я внезапно понадобилась. Но в одном Алекс был прав: я обуза, которую он на себя взвалил. Это же надо было оказаться не в то время не в том месте.