Чайка с острова Мираколо

Вся моя былая решительность куда-то исчезла. Чувство было такое, что старый дом поймал меня в свои сети. После долгих-долгих уговоров Пульчино согласился подежурить на стеклянной крыше кунсткамеры, но пока он тратил время впустую. Никто не входил в заветную комнату, никто не нарушал покой безделушек, дремлющих в лучах пыльного света.

Когда дон Арсаго известил всех о маскараде, Ассунта только головой покачала и достала из сундука очередное черное платье. Я мысленно закатила глаза. Ее лицемерие было просто невероятным! Она терпеть не могла донну Граначчи при жизни, но после её смерти продолжала истово чтить её память.

— Тётя, вам не кажется, что траур на маскараде — это уже чересчур? — спросила я.

— Пригодится на всякий случай, — ответила донна Ассунта мрачным тоном, полным недобрых предчувствий.

Я хотела возразить, но вовремя вспомнила, чем закончилась предыдущая вечеринка в доме Арсаго, и послушно умолкла.

Тем не менее, несмотря на мрачные прогнозы Ассунты и чрезмерное усердие Алессандро ди Горо, замучившего всех своими требованиями безопасности, вечер начался очень весело.

Я еще никогда не бывала в Венетте в Ночь Тысячи Огней. Вид Большого канала, озаренного всплесками яркого пламени, меня просто сразил. Казалось, никто не спал в эту ночь. Все дома были ярко освещены, отовсюду слышалась музыка. Мы тоже были готовы. По стенам салона развесили парадные гобелены, отчего они заново расцвели свежими красками. На тканях были вытканы фантастические чудовища: грифоны, дикие кошки с человеческими головами, пестрые тигры, драконы.

.. При мерцающем, неровном свете свечей этот сказочный мир двигался и оживал. Повсюду расставили столы с вином, фруктами и прохладительными напитками, на террасе развесили фонари.

Наше настроение немного омрачила болезнь графини, которая была так слаба, что даже не смогла появиться на празднике. Я растерялась, когда дон Арсаго неожиданно предложил мне, как будущей хозяйке, взять на себя труд приветствовать гостей.

— А кого ему просить? Не Джоанну же, — хмыкнула Ассунта, помогая мне управиться с платьем.

Ее старая неприязнь к Джоанне только крепла со временем.

— Тем более что ты почти уже член семьи.

«Надеюсь, что не удостоюсь этой чести», — подумала я, нервно разглаживая юбку ладонями.

Я так переживала от свалившейся на меня ответственности, что изо всех сил старалась не ударить в грязь лицом. Гости прибывали один за другим, и через час у меня уже в глазах рябило от шелков и бархатов всех оттенков.